— Все быстро подготовим, барыня. Не переживайте.
Знали бы они, из-за чего я переживала…
Когда за девушками закрылись двери, я глубоко вдохнула и выдохнула, пытаясь успокоиться, и услышала из камина бодрое и веселое:
— Ну что, Машка, каков план? Как мужа будем от брачного ложа отваживать?
Не бросил! Не оставил одну, даже имея все шансы оказаться пойманным!
Я кинулась к зажженному камину.
— Чертяка, родненький, вылазь! Расцелую!
Чет тут же переместился на кровать, деловито стряхнув с себя крупинки сажи, а потом лениво поинтересовался, выдыхая облачко дыма:
— Никак успела соскучиться?
— Ты мне нужен! — Подскочила к нему, с надеждой заглянула в маленькие хитрые глазки и взмолилась: — Помоги придумать, как отвадить от постели мужа!
— Спалить? — сходу предположил аджан, на всякий случай уточнив: — Не мужа, само собой, а кровать.
Так сказать, уничтожить для него поле деятельности. Нет постели — нет секс… проблемы.
Какое-то уж больно радикальное решение моей секспроблемы.
— Другие варианты?
Хранитель сосредоточенно почесал подбородок и, дернув хвостом, выдал:
— Скажи, что голова разболелась.
— Банально!
— Живот скрутило?
— Про живот сегодня уже было. — Я тяжело вздохнула и рухнула на кровать рядом с Виньецким. — Нет, надо как-то аккуратно отмазаться. Чтобы Андрея не обидеть и самой не попасться.
На крючок его обаяния.
— Ну вот допустим, — Чет перевернулся набок, подложив под голову лапу, — сегодня ты отмажешься. А что дальше, душа моя? Каждую ночь номер с больной головой или животом не пройдет.
— А дальше что-нибудь придумаю!
Сбросив туфли, я нервно подхватилась и зашагала из стороны в сторону. Мягкий ворс ковра щекотал босые ступни, пламя камина приятно согревало, наполняя просторную, уютную спальню мягким светом и золотыми бликами.
Они скользили по изящной резной мебели, вились вокруг колонн балдахина, стелились по шелковым подушкам и валикам, которые служанки еще не успели убрать с кровати.
Но ведь скоро придут и уберут…
— Вот как я сделаю!
Поняв, что от Чета толкового совета ждать бесполезно, решила, что пора брать ситуацию в свои руки.
— Я ведь Софья Вяземская…
— Уже Воронцова, — поправила меня беззаботно улыбающаяся лисья морда.
— Неважно! Важно другое: всем известно, что Софья слаба здоровьем и очень впечатлительна. Скажу Андрею, что я еще не отошла от попытки изнасилования… точнее, уже двух попыток, и что мне нужно время свыкнуться с мыслью о близости с мужчиной. Да, так и сделаю.
