Если раньше он едва улавливал тонкий шлейф дыма, то сейчас убедился, что князь явился на ужин со своим хранителем, однако не стал давать ему видимость.
Притащил для поддержки?
Взглядом дав понять сестре, что ей это так с рук не сойдет, Андрей собирался уже сменить тему, пока князь не взорвался, но тут заговорила Софья:
— Родовое проклятье — это не шутки. Если вы, любезная Анна, подозреваете подобное над вашим родом, то с лекарем познакомиться непременно стоит. Князь, — девушка перевела на него взгляд и хитро улыбнулась: — не волнуйтесь, я приму вас таким, какой вы есть.
Со всеми вашими недостатками и проклятиями. Но ради спокойствия Анны к Шумарскому все же заглянем.
Тиха?! Скромна?! Послушна?!
Как там о ней отзывались? Мила как жрица Многоликого? Скорее, это хаосит в юбке!
— К слову, с уважаемым лекарем мы знакомы, — непонятно зачем вставила тетка невесты, сказавшая за ужином не более трех предложений. — Это он сразу после бала Софьюшку осматривал.
Впервые за вечер девушка вздрогнула, но быстро вязла себя в руки, заставила успокоиться.
Как бы ни храбрилась, а вспоминать тот бал ей точно неприятно. Князь Вяземский кашлянул, но опять сдержался.
— Наша девочка здорова и под венец может идти хоть сегодня.
Княжна снова вздрогнула.
— Не будем торопить события, — сдержанно улыбнувшись, проговорила княгиня.
Андрей усмехнулся. С такой родственницей и врагов не надо.
— И то верно, — согласно закивала Татьяна. — Свадьба-то уже послезавтра.
— И столько всего еще сделать надо. — Невеста выразительно покосилась на пустую креманку, намекая, что пора и честь знать.
— Какой восхитительный ужин, блюда достойные императорского стола. А десерт выше всяких похвал!
— Я передам ваш комплимент повару, — пообещала княгиня, едва уловимо улыбнувшись.
— Благодарю, ваше сиятельство, за оказанную честь и теплый прием.
Любезности пошли по второму кругу, подключились и князь, и Наташа. А вскоре, распрощавшись, гости уехали, оставив Воронцовых наедине с их мыслями и впечатлениями. Анна внизу не задержалась, поспешила к себе, надеясь избежать гнева брата.
Проводив гостей до ворот, Андрей вернулся в дом и, не обнаружив язвы-сестры ни в столовой, ни в гостиной, ни в библиотеке, прорычал:
— Анна!
И отправился на второй этаж.
Маша Семенова"
"Тишину в карете можно было запросто ножом резать. Настолько она была многозначительной и тяжелой.
Не знаю, что там обдумывали драгоценные «родственнички», но лично я пыталась выдохнуть после нервотрепательного вечера.
