"
"— Она уйдет, когда я этого захочу, — преградил нам дорогу королевский отпрыск.
Достал, честное слово.
— А у тебя, Воронцов, будут большие неприятности, — припечатал он с угрозой.
— Вернемся к этому разговору, когда проспишься. — Воронцов прижал меня к себе крепче, этим жестом показывая, что не даст в обиду.
Собрав в кулак ошметки ткани, кое-как прикрыла верхние прелести некой Софьи. К слову, там было что прикрывать, и тонкая нижняя сорочка положения не спасала.
Ну, может, хватит? Самое время просыпаться.
Увы, вместо того, чтобы вернуться на свою маленькую уютную кухню к остывшему чаю, я услышала, как распахнулись двери и в комнату вошли мужчины в мундирах.
Пополнение?
Первый, самый импозантный, обвел присутствующих мрачным взглядом и прогремел на весь зал:
— Что здесь происходит? Я вас спрашиваю!
Вот и мне хотелось бы знать то же самое.
— Дочка?! — Один из вошедших застыл на пороге, глядя на меня большими круглыми глазами.
Как это называется? С чайное блюдце? Или скорее уже с крышку кастрюли.
Секунду спустя его чуть полноватое лицо побагровело, всё и сразу, резко контрастируя с рыжими волосами и роскошными, залихватски закрученными кверху усами.
— Дочка? — А вот это уже прозвучало вопросительно-грозно.
Мне не понравилось, как он ко мне обратился. К моим родителям этот «мундир» определенно не имел никакого отношения и на папу моего не тянул даже с большой натяжкой.
Если это все-таки сон, то очень, очень странный. Пугающе яркий и такой реальный…
Справившись с шоком, мужчина (он же не-папа), быстро ко мне подошел.
Буквально выдернул из рук вступившегося за меня незнакомца, заботливо набросил на плечи мундир, в ткань которого я и вцепилась одеревеневшими пальцами.
Когда он вообще успел его снять? Впрочем, неважно; главное, вовремя. Не очень-то приятно ощущать на себе с десяток пристальных мужских взглядов.
Теперь мои плечи крепко сжимал тот, кто назвался моим отцом. Мне хоть и хотелось возразить, но я решила пока помалкивать. Целее буду.
Это в идеале.
— Мне кто-нибудь ответит? Что.
Здесь. Происходит?! — ледяным тоном, от которого внутри все сжалось, отчеканил самый властный из подоспевшей компании.
Я бы ответила, да только язык прирос к небу и колени вдруг задрожали. Чувство такое, будто меня через жернова пропустили и выплюнули, так и не перемолов.
Что это? Откат от пережитого? Так я вроде стойкий оловянный солдатик.
Все эти сумбурные мысли не помешали мне рассмотреть мужчину, пытавшегося докопаться до истины. Все еще безуспешно.
