Не с кем посоветоваться, некому поплакаться. Я вообще сначала решила, что от страха, там, в руках Игоря, она и погибла.
Андрей сжал кулаки и тихо спросил:
— А тебя? Тебя в твоем мире любили?
— Почему любили? Меня и сейчас любят, — отозвалась я и улыбнулась с легкой грустью. — У меня большая и дружная семья: родители, дедушки, бабушки. Подопечные опять же…
Я продолжала улыбаться, вспоминая ночные анекдоты Валентины Захаровны и ворчание в трубку Ларисы Анатольевны. Все равно ведь привязываешься к своим бабулечкам.
— Ты пойми, мой мир и твой — они сильно отличаются. У нас нет магии. Вот ни капельки! Но никто из моих современников от этого не страдает. Мы идем по пути науки, развивая промышленные отрасли, и живем куда с большим комфортом. — Я прикрыла глаза и продолжила: — У нас равноправие. Оно не только в браке и не только с подачи бога. Женщины наравне с мужичинами работают, получают высшее образование, занимают высокие должности. И что самое главное — у нас нет императоров.
Есть кое-где диктаторы, увы, не без этого. Но таких вот гадов, как Игорь, еще надо поискать.
Я замолчала, почувствовав, что голос уже начинает садиться. Мне бы водички…
Не знаю, о чем думал муж, к каким приходил выводам, но его лицо по-прежнему не выражало никаких эмоций. Совершенно. Резкие черты, заледеневший взгляд и крепко сжатые в кулаки пальцы.
— Эй! — наконец крикнул Андрей, ударив по крыше кареты. — Разворачивай к главному храму! Скорее!
— Спасибо, — растроганно выдохнула я.
Почему-то, услышав это коротенькое слово, он вздрогнул и прикрыл глаза. И тут же подался ко мне и крепко обнял.
— Прости меня, Маша.
Теперь уже я вздрогнула. От того, как ко мне обратился. От того, как волнующе в его устах прозвучало мое имя.
— Прости, что давал тебе зелье. Сейчас мне самому мои решения кажутся смешными и… эгоистичными. Я считал, что, если у тебя появится искра, сделаю тебя счастливее. Ну и о продолжении рода, конечно, не забывал. — Андрей мрачно усмехнулся.
— Думал, что поступаю правильно, а надо было… А надо было не думать, а спросить тебя, нужны ли тебе такие эксперименты.
— Да, спросить действительно стоило, — согласилась я и, не сдержавшись, тихонько прыснула: — Знал бы ты, как меня от этих капелек распирало. Думала, лопну от переизбытка магии!
— Прости, — тихо повторил он.
— А капли еще остались? Думаю, Анне они бы не помешали. Там, глядишь, и завидовать перестанет, и о судьбе своей тревожиться.
