– И не думай!
Готовый в любой момент перехватить эту ненормальную, Руслан вытянул ноги и блаженно потянулся.
– Я и не думаю. Я ухожу! Тебе нужны результаты анализов, ты их и узнаешь. А мне пора на работу.
Вероника все же спрыгнула с кровати и босиком гордо промаршировала за своими сапогами.
– На работу не нужно. С сегодняшнего дня у тебя отпуск.
Всем разговорам Руслан предпочёл бы, чтобы Вероника вернулась к кровати и ещё раз прошлась по палате. От одного только вида на округлые ягодицы жизнь становилась прекраснее и ярче.
Но предупредить он был обязан.
– Что?
– Пока на две недели, а потом... – Правый уголок мужских губ дернулся. – ...как пойдет.
На слове «отпуск» Вероника встала как вкопанная.
– Не поняла. Я не отпрашивалась в отпуск. Только на пару часов сегодня утром.
– Где пару часов, там и две недели. – Руслан лишь пожал плечами.
– Ты что-то сказал генеральному?
Пухлые губы сжались в нитку, и уже не только голова, но и весь корпус начал медленно разворачиваться в сторону Бадоева.
– Сказал, что жить без тебя не могу и, пока не простишь, на работу не верну. – Он даже не улыбнулся.
– Еще раз повтори, пожалуйста!
Пожарская по-собачьи наклонила голову вбок и нахмурилась.
– Совсем не могу без тебя. Думал, что отпущу, и все пройдет. А оно не проходит. – Руслан похлопал кулаком по груди. – Вот тут засела. Ни время, ни работа не лечит. На стену уже лезть готов.
– Ты это... Клин клином попробовал бы! Хотя... – Узкая ладонь прижалась ко лбу.
– Кого я учу?! Ты, небось, за эти недели со своими бабами стол совсем расшатал. Из-за этого, кстати, и сердце может болеть. Переутомление!
– На мой стол теперь можно мощи святых класть! Он твоей пятой точке не изменял!
– Тогда диван. – Вероника брезгливо передернула плечами.
– А на диване впору утренний молебен проводить. Аж светится от святости.
– Пожалуй, проверять не буду. Моей, как ты выразился, «пятой точки» там больше не будет, так что все равно.
– Я бы так категорично не заявлял.
Любоваться босой разъяренной валькирией было приятно, но ладони уже зудели от желания притянуть эту упрямицу к себе и хоть на полчаса подпереть чем-нибудь дверь.
– Знаешь, как оказалось, в мире много интересных мужчин кроме тебя.
Вероника даже руки сложила на груди. Неприступная, как Брестская крепость! Роскошная, как богиня.
– Только у тебя с ними ничего не было... – Хищно ухмыльнувшись, Руслан наклонился вперед. – И не будет.
