– Поздравляю. Лучше поздно, чем никогда.
– Ты ведь не только охранял Веронику, но ещё и трахал. Для тебя это личное дело, – как ни в чем не бывало продолжил Козловский. – Понравилось хоть? Она с виду огонь, но комплексов вагон и телега. Я каждый раз, когда её трахал, боялся, что спалюсь – зевать начну.
– Бессмертным себя почувствовал?
Руслану не хотелось пачкать руки об этот кусок дерьма, но он так и напрашивался.
– Да хрен его знает, выйду ли я отсюда. – Кое-кто все же поумнел. – Но от этой сучки не ожидал.
Быстро она с одного члена на другой прыгнула. Мне пришлось вагон цветов перетаскать, пока ноги раздвинула.
– Не, ты точно суицидник!
Больше не сдерживаясь, Руслан без замаха впечатал кулак в лицо урода. Из носа хлынула кровь. Но, будто этого и хотел, Козловский лишь довольно осклабился.
– А ты конкретно запал! – послышался глухой хохот. – Седина в бороду – бес в ребро?
– Еще желаешь?
Руслан даже кулак вытирать не стал. Поднес, окровавленный, к щеке придурка и коротким ударом свалил на пол.
– Тебе вообще сколько? Сорок пять? Пятьдесят? – Тело на полу, казалось, и не собиралось затыкаться. После долгой исповеди у него как будто второе дыхание открылось.
– Я все-таки вырою тебе яму. Лично!
Руслан сам не понимал, из-за чего так завелся.
– Какая у вас разница в возрасте? Лет двадцать? – Козловский сплюнул кровь на бетон и продолжил: – А она, между прочим, детишек хочет! Плакала мне вечно, что не получается у нее. По докторам втайне бегала. Забахаешь ей бэбика на старости лет? Порадуешь девочку? Гляди, к твоей пенсии они в школу пойдут.
– Ты... ты...
Руслан чувствовал, как от злости начинает рвать крышу. Бешено! Точь-в-точь как в далекие времена, когда над головой свистели пули и вместо мозга работали одни лишь инстинкты.
– Я именно из-за ее желания стать мамашкой придумал байку о беременной любовнице. Знал, что к ребенку даст уйти без скандала. Но у тебя халява не пройдёт. – Уголки разбитых губ растянулись в стороны. – Долго трахать себя только ради удовольствия она не даст.
Затребует ребенка. Так что ты, пока песок не сыплется, поспеши! Авось ещё успеешь порадовать нашу девочку и...
После слова «девочку» он говорил ещё что-то, но Руслан уже не слушал. Уши заложило, а перед глазами встала красная пелена. Больно было физически, будто из груди что-то рвалось. Раздирало острыми когтями грудную клетку и кромсало кожу на лоскуты.
Очнулся только, когда парни стали оттаскивать его от окровавленного куска мяса в углу.
