Было ужасно лень вставать, но Зак себя пересилил. Но выйдя встречать Эрика, без сил опустился на траву, скрестив ноги.
— Привет, — он улыбнулся было, но проклятая губа снова лопнула, и он зашипел."
"— Привет, — Эрик вышел в сад. Улыбнулся, ощутив траву босыми ступнями и опустился на газон рядом с Заком. Вытянул длинные ноги, скрестив их в лодыжках, подставил лицо лучам заходящего солнца. — Ну что, тебя не растерзали на тысячу маленьких Камеронов? — он привычно сгреб Зака в медвежьи объятия. — Как тебе день в начальной школе?
— Прекрасно! — скривился Зак.
— Великолепно! Замечательно!
— Что, пятилетки не теряют дар речи от осознания встречи со звездой, как делают более старшие фанаты? — Эрик аккуратно уложил Зака головой себе на бедро, едва ощутимо коснулся лопнувшей губы. — У меня есть хорошая мазь, но это на ночь. Она горькая, а я рассчитывал на пару поцелуев.
— Иди сюда, — Зак обхватил его рукой за шею и потянул к себе. — Я чертовски по тебе скучал весь день, — прошептал в губы. — Придумал сотню номеров, которые мы могли бы поставить, и которые были в сотню раз лучше этого детского сада.
От поцелуев губа заболела сильнее, но Заку было на это плевать — так хотелось ощутить тепло и нежность чужих губ.
— Мы могли бы поставить шикарный трюковой номер в стиле Детсадовского полицейского, — ответил Эрик. Он улегся на траву, приподнял Зака. укладывая головой себе на грудь. — Мне немного жаль, что нам так и не досталось больше ничего юмористического. Наша пьяная сценка вызвала фурор.
— Мне кажется, сейчас ты сыграл бы ее намного лучше, — улыбнулся Зак, кладя руку ему на грудь.
На Ласарде была совсем простая белая футболка, но его спортивная сухощавая фигура делала ее простоту весьма сексуальной. Тем более, что природа щедро наделила Эрика ростом и статью.
— Наверное, именно поэтому меня отправляют на кухню, — Эрик забрался Заку под майку, накрыл ладонью живот. — Ты сегодня хорошо себя вел? — спросил вкрадчиво и скользнул пальцами под резинку штанов. — Впрочем, не отвечай, я все равно намерен тебя наградить.
— Нет, я вел себя ужасно, накажи меня! — вырвалось само собой, хотя сегодняшним днем Зак действительно гордился. Он ни разу не сорвался и сейчас тоже чувствовал себя вполне сносно. И даже под ложечкой не сосало.
— Чистосердечное признание? — ухмыльнулся Эрик. — Это смягчающее обстоятельство, но все равно наказание будет суровым, — он наклонился, легко коснулся губами губ Зака, но резко выпрямился, едва тот попытался углубить поцелуй.
