Понятно, что именно этим занимались врачи во всех реабилитационных центрах, и вряд ли остались неиспробованные варианты, но может, они что-то упустили, идя по стандартным методикам. Эрик пару раз был свидетелем, как его учитель помогал людям преодолевать зависимости, но почти ничего не помнил. Тогда не считал нужным хранить эту информацию — ведь каждый человек сам строит свою судьбу, и преодолевать свои пороки должен тоже сам. Если же не получилось — значит, сработал естественный отбор. Слабые особи не приносят пользы популяции, а единицы из сотен — это всего лишь статистическое допущение.
Познакомившись с Деборой, Эрик серьезно пересмотрел эти свои принципы и понял, что попросить помощи у других и принять ее это совсем не слабость, а как раз наоборот.
Учитель был слишком далеко, чтобы Эрик мог посоветоваться с ним, да и вряд ли бы смог объяснить принципы своей работы за несколько минут телефонного разговора. Оставалось действовать самому, аккуратно и неспешно, не допуская срыва.
— Я вообще не занимаюсь, — Дебора пристально посмотрела на него в зеркало заднего вида.
— Я только колюсь. Зак разве не рассказывал?
— Но взялась же спорить с Куртом, значит, когда-то занималась, — резонно заметил Эрик.
В первые дни он старался свести общение с Деборой к минимуму, особенно после того разговора в саду, но теперь уже не отмалчивался в ответ на ее слова."
"— Как же мне надоело это слушать, — неожиданно резко сказал Зак и развернулся к сестре. — У тебя талант от бога! Куда больший, чем у всех нас.
Но нет, ты предпочитаешь забыть об этом!
— Да, предпочитаю! — Дебора повысила голос. — Мой талант приносит неплохие бабки, на которые я могу покупать порошок, сколько влезет. Ты этого хочешь?!
— А почему только его? — спросил Эрик и сам посмотрел на Дебору в зеркало. — Если есть деньги, можно сделать столько всего. Например, путешествовать. А чем, кстати, ты зарабатываешь? — добавил с искренним интересом.
Дебора поджала губы, глянув на него с ненавистью, но промолчала, давая негласное разрешение ответить за себя.
— Деб создает шедевры… — протянул Курт мечтательно. — Музыкальные. Прекрасная и невероятно талантливая композитор.
Дебора скептически усмехнулась, но было видно, что слова Льюиса ей приятны.
— Музыка — это прекрасно, — Эрик резко нажал на тормоз, чтобы не въехать в зад подрезавшему его минивену. На заднем стекле лихач повесил стикер “С нами ребенок”. — И для меня совершенно непостижимо. Я не могу воспроизвести даже самую простую мелодию.
