Тот мог есть прокисший суп и запивать молоком, разбрасывал по столу объедки, вечно обливался чем-то, мог прилюдно ковыряться в зубах, а уж отрыжка…
— Почти, — ответил он. — Послабление только в наличии кухонной техники да в спальне есть телевизор. Зато я не теряю вещи по дому! — Эрик хмыкнул.
Привычка Камерона разбрасывать все вокруг поражала. Тот запросто мог бросить на первую попавшуюся поверхность вынутые из почтового ящика счета, бухнуть сверху сценарий, поставить чашку с чаем, а потом полдня искать клочок бумаги, где записал что-то неимоверно важное.
Он умудрялся устраивать бардак даже при ежедневных визитах клининговой службы. Иногда Эрику казалось, он просто не мог находиться в упорядоченном пространстве.
— Ты их и в моем доме не теряешь, — фыркнул Зак, нисколько не смутившись. — Но будь уверен, я свои в твоем затеряю запросто, даже если ты выделишь мне комнату с одной только подушкой на голом полу.
— Не сомневаюсь в твоих способностях, — рассмеялся Эрик. Первые пару дней он пытался поддерживать порядок, раскладывал вещи, подбирал валявшиеся на полу предметы одежды.
Но потом забросил это дело. Для него самого любое нарушение привычного расположения было сигналом тревоги и поводом для реагирования, а Зак, казалось, наслаждался хаосом. Он выкликивал смешную присказку о том, что вещь-вещь, погуляла и вернись — Эрик мог поклясться, придуманную им самим — и плевал на поиски. И, как ни удивительно, искомая потеря находилась тут же, на самом видном месте.
С едой было немного труднее. Тяжелая пища с огромным количеством жира и сахара пока не стала причиной обострения проблем Эрика, но в скором времени грозила ими.
Но и тут Камерон оказался очень гибким: он спокойно ел и рыбу на пару, просто поливал ее тонной жирного соуса. А на завтрак Эрик обходился своей привычной кашей, позволив себе яичницу с беконом пару раз за неделю.
Но была одна вещь, которая раздражала неимоверно. Зак по-прежнему много курил. Как Эрик ни пытался отвлекать его, подсовывать статьи о вреде этого занятия, даже намекать, что это не очень-то приятно — целоваться с пепельницей — ничего не помогало.
Пачка, а то и две улетали за один день, и большую часть свободного времени Зак проводил валяясь на диване в саду с сигаретой в руках.
А в компании Курта Зак курил в два раза больше.
— Мистер Ласард, мы начинаем через пять минут, — в гримерку заглянула ассистент. Увидела Зака, улыбнулась. — Добрый день, мистер Камерон. Мы начинаем через пять минут.
И убежала.
— Пошли? — спросил Эрик.
