Другое – Элис и Белла, обе белые и холодные, – виделось гораздо отчетливее. Но это не имело значения. Просто не могло иметь. Я переборол одно невозможное будущее и над другим тоже одержу победу. – Но эти видения субъективны, – продолжал я, уловив резкость в собственном голосе. – Будущее не определено раз и навсегда, оно меняется.
Я взглянул на ее лицо, на кожу – нежную, как сливки с абрикосом, убедился, что она выглядит так, как и должна, и отвел глаза, прежде чем она перехватила мой взгляд.
Что именно ей удается прочесть в моих глазах, я никогда не знал наверняка.
– И что же видит Элис? – пожелала узнать Белла.
– Она увидела Джаспера и поняла, что он ищет ее, еще до того, как он сам понял это. – Их союз был чудодейственным. Стоило Джасперу задуматься о нем, все в доме расслаблялись в состоянии мечтательной умиротворенности, настолько мощное влияние на окружающих он умел оказывать.
– Увидела Карлайла и нашу семью, и они вместе отправились искать нас."
"Я пропустил момент знакомства, когда Элис и Джаспер представились настроенному крайне подозрительно Карлайлу, испуганной Эсме и враждебной Розали. Их всех встревожил воинственный вид Джаспера, но Элис точно знала, какие слова рассеют тревогу. Разумеется, она знала, что именно надо сказать. Она просмотрела все возможные варианты этой знаменательной встречи и выбрала из них лучший.
Не случайно нас с Эмметтом в это время не было дома. Элис предпочла, чтобы встреча прошла как можно более гладко в отсутствие главных защитников семьи.
С трудом верилось, что так прочно в нашей семье они обосновались всего за несколько дней, до нашего с Эмметтом возвращения. Мы оба были потрясены, Эмметт изготовился к бою в ту же секунду, как только увидел Джаспера. Но Элис кинулась вперед и обняла меня еще до того, как кто-нибудь из нас успел вымолвить хоть слово.
Я не испугался порыва, который можно было расценить как нападение. В мыслях она была настолько уверена во мне, так полна любви ко мне, что я уж было решил, что впервые во второй жизни потерял память. Потому что эта миниатюрная бессмертная досконально знала меня, лучше, чем кто-либо в моей нынешней или прежней семье.
