– Она думала, это будет удобно, потому что идти недалеко и я могла бы ходить туда сразу после уроков, но оказалось, что никакие удобства не стоят увечий.
– Прямо-таки увечий? – недоверчиво переспросил я.
– Будь у меня телефон мисс Каменев, она подтвердила бы мои слова.
Она вдруг подняла глаза. Вокруг нас все уже расходились. Как это время пролетело так быстро?
Заметив эту суету, она встала, и я тоже поднялся. Пока я сгребал мусор на поднос, она закинула на плечо рюкзак. И протянула руку, чтобы забрать у меня поднос.
– Я сам, – сказал я.
Она тихонько и немного раздраженно фыркнула. Ей по-прежнему не нравилось, когда о ней заботились.
Пока мы шагали на биологию, я так и не смог сосредоточиться на своих вопросах, оставшихся без ответа. Мне вспоминался вчерашний день, я гадал, почувствую ли сегодня те же напряжение, жажду и электрические разряды. И конечно, едва погасили свет, все ошеломляющее влечение нахлынуло с новой силой. Сегодня я на всякий случай отодвинул свой стул подальше от стула Беллы, но это не помогло.
Эгоистичная сторона моей натуры продолжала убеждать: нет ничего плохого в том, чтобы взять ее за руку, наоборот – это отличный способ проверить ее реакцию и подготовиться к встрече наедине. Я старался не прислушиваться к голосу эгоизма и боролся с соблазном, как мог.
Насколько я мог судить, Белла тоже. Она наклонилась вперед, положила подбородок на руки, и я видел, что ее пальцы вцепились в край стола так крепко, что побелели костяшки. Я задался вопросом, с каким именно искушением она борется.
Сегодня она не смотрела на меня. Не взглянула ни разу.
Слишком многое о ней я все еще не понимал. О многом не мог расспросить.
Заметив, что слегка подался к ней всем телом, я отстранился.
Когда включили свет, Белла вздохнула, и если я правильно понял выражение ее лица, то его следовало бы назвать «облегчением». Но облегчением от чего?
Провожая ее на следующий урок, я вел ту же битву с самим собой, что и днем ранее.
Она остановилась у дверей класса и устремила на меня взгляд прозрачных глубоких глаз.
Что это – ожидание или замешательство? Приглашение или предостережение? Чего же хочется ей?
«Это просто вопрос, – уверял я себя, пока моя рука сама собой тянулась к ней. – Еще один из многих».
Напрягаясь всем телом и не дыша, я просто разрешил себе провести по ее лицу ладонью от виска до узкого подбородка. Как вчера, ее кожа потеплела от моего прикосновения, сердце забилось быстрее.
