Хорошо, что я знал дорогу как свои пять пальцев.
– В субботу чуть свет буду у тебя на пороге, – добавил я, завершая сделку.
Она заморгала, встряхнула головой, словно чтобы в ней прояснилось.
– А что я скажу Чарли, – отозвалась она, – если возле дома откуда ни возьмись появится чужой «вольво»?
Как же все-таки она мало знала обо мне.
– А я и не собирался приезжать на машине.
– Но как?.. – начала было она.
Я перебил ее. Честный ответ вызвал бы только новую череду вопросов.
– Об этом не думай. Я буду на месте, но без машины.
Она склонила голову набок, некоторое время казалось, что она намерена продолжать расспросы, но потом, кажется, передумала.
– Это уже другой раз? – спросила она, напомнив о сегодняшнем незаконченном разговоре в кафетерии.
Надо было ответить на тот, предыдущий вопрос. Вот он был гораздо неприятнее.
– Видимо, да, – нехотя согласился я.
Я остановил машину перед ее домом, напряженно прикидывая, как объясниться – так, чтобы чудовищная сторона моей натуры не стала слишком очевидной и не напугала ее опять.
Или же напрасно я преуменьшаю то зло, которое есть во мне?
Она ждала, сохраняя на лице ту же маску вежливого интереса, что и за обедом. Будь я не так взволнован, меня насмешило бы ее нелепое спокойствие.
– Ты все еще хочешь знать, почему тебе нельзя видеть, как я охочусь? – спросил я.
– Вообще-то больше всего удивила твоя реакция, – ответила она.
– Я тебя напугал?
Я был уверен, что она станет отрицать это.
– Нет.
Явная ложь.
Я пытался не улыбнуться, но не смог.
– Прости, что напугал, – и моя улыбка улетучилась вместе с минутным приступом веселья. – Как подумал, что ты окажешься рядом… пока мы охотимся…
– Это настолько плохо?
Мелькающие в голове образы были почти невыносимы: Белла, такая беспомощная в пустом мраке, я сам, потерявший контроль над собой… Я попытался отогнать видения.
– Очень.
– А почему?
Я сделал глубокий вдох и на миг сосредоточился на жгучей жажде. Ощущал ее, управлял ею, утверждал над ней свою власть. Больше она никогда не одержит надо мной верх – как бы я хотел, чтобы это было правдой.
Я буду безопасен для Беллы. Засмотревшись на спасительные тучи, но, в сущности, не видя их, я страстно желал поверить, что моя решимость будет означать хоть что-нибудь, если вдруг во время охоты мне доведется учуять ее запах.
– На охоте… мы подчиняемся разуму в гораздо меньшей степени, чем чувствам, – объяснил я, обдумывая и тщательно выбирая каждое слово. – Особенно чувству запаха.
