– А тебе?
– Было в первый раз, – не стал врать Гатов. – Потом привык.
– Ко всему можно привыкнуть, даже к Менсале.
И лютая тоска, прозвучавшая в голосе женщины, заставила Павла прищуриться и спросить:
– Ты вроде с Западуры?
Густые темные волосы, большие темные глаза, округлая, «крестьянская» фигура: роскошная грудь, крепкие ноги, полные руки – внешность выдавала в женщине уроженку второго менсалийского континента, но поначалу Гатов не придал этому факту большого значения.
– С Западуры.
– Как сюда попала? – Ученый догадывался, что услышит в ответ, и не ошибся.
– Слышал о «рейсах задранных юбок»?
– То есть, работорговцы привезли?
В ответ по губам женщины скользнула кривая усмешка, которую лежащий на спине Павел не увидел, и лишь затем последовало объяснение:
– Да нет никаких работорговцев, эту страшилку девчонки выдумали, чтобы клиентов на жалость разводить.
– Неужели?
– Тут, на Менсале, ещё бывает: когда захватывают деревни, девок часто насилуют, а потом продают в бордели, – уточнила проститутка.
– А на Западуре всё честно: рекрутеры сразу объясняют, где и как придется работать.
– То есть тебя не захватывали и не обманывали?
– Удивлён?
– Немного, – признался учёный.
– На Западуре не так хорошо, как кажется, – печально проронила женщина. – Если не уехать, то придётся до конца жизни рожать детей, из которых станут делать солдат или шлюх. Или фермеров, с утра до ночи пашущих в поле.
Так что лучше рискнуть. – Она помолчала, поняла, что Павел не спешит с замечаниями, и продолжила: – Моя подруга год работала в Шпееве в известном салоне. Потом её взял на содержание торговец оружием, даже в рестораны водил и в цирк. А ещё через полгода она гуляла по парку, познакомилась с инструктором с Кардонии и вышла за него замуж.
– На Кардонии сейчас война.
– Тут не угадаешь.
– Согласен.
Гатов бросил взгляд на часы: у них оставалось ещё двадцать минут, мягким, но уверенным жестом перевернул женщину на спину, а сам приподнялся, оказавшись сверху.
Она поняла, улыбнулась, обхватила левой рукой Павла за шею и тихо спросила:
– Ещё придешь?
– К тебе?
– Да.
– Всё может быть.
– Врёшь…
– Не вру! – возмутился облачённый в длинную белую рубаху пузан. Именно из-за таких рубах, а не только по причине чрезвычайно белой кожи, уроженцев главного менсалийского континента и называли «беляшами».
