Он прищурился на солнце, потом перевёл взгляд на разговаривающих мужчин, поставил на землю ящик, что нёс в руках, снял очки, протёр их, вновь взял ящик и поздоровался:
– Синьор Эзра… Доброе… э-э… утро.
И улыбнулся.
– Доброе утро, Энди. – На «ты» с Кедо был только Гатов, спутники Павла обращались к старику с положенным уважением, и он отвечал им тем же.
– Прогуливаетесь?
– Как всегда по утрам.
– Я тоже сторонник… э-э… соблюдения твёрдого… э-э… распорядка дня, – признался Мерса. – Подъём, работа, завтрак… – Алхимик вопросительно посмотрел на Гатова.
– Я раздобыл нам еды, – ухмыльнулся тот.
– Отлично.
– Над чем работаете? – старик кивнул на ящик.
Вопрос был задан исключительно из вежливости, однако ответ заставил старого Кедо подпрыгнуть, как молодого.
– Бомбы делал, – зевнул алхимик. И небрежно тряхнул ящик: – Наращиваем боезапас для бронекорды.
– Прямо здесь? – Эзра поперхнулся дымом, вытащил трубку изо рта и грозно посмотрел на Гатова. Тот опустил глаза и развёл руками, мысленно проклиная длинный язык алхимика.
– Прямо здесь, – подтвердил Мерса, ещё не понимая, что влип. – А что такого? И снова тряхнул ящиком.
– Стой!
– Что?
– Просто стой! Не шевелись. – Эзра досчитал до шести и медленно, почти по складам, произнёс: – Разве я не говорил, что бомбы, снаряды и прочие взрывоопасные устройства можно собирать исключительно на глухом юго-западе Помойки? – Кедо поднял ногу, чтобы негодующе топнуть, но вперился взглядом во взрывоопасный ящик и передумал, аккуратно вернул конечность в прежнее положение, передохнул, убедился, что не сотряс поверхность планеты, и продолжил: – Там, где вы, алхимики, никому не сможете помешать!
– Я и тут… э-э… никому не мешал, – растерялся Андреас.
– Вы даже не знали… э-э… что я в мастерской. Сидел тихо, как э-э… мышь.
– Где вы не сможете никого убить! – поправился старик.
– Я и не собирался.
– Техника безопасности!
– Мне об этом не говорили.
– Я говорил всем вам! – рявкнул Эзра и, тыча трубкой в алхимика, повторил: – Всем!
Из трубки выпал уголёк, и Кедо резко отдернул руку.
Андреас перехватил ящик. Внутри что-то звякнуло. Собравшиеся слегка побледнели.
– Всем говорил о технике!
– Не может быть.
– Ты начинаешь врать, как Олли, – меланхолично заметил Павел."
"– Правду не врут, правду говорят! – гордо сообщил Мерса. После чего вновь вернулся к старику: – Я действительно ничего такого не слышал, но даю… э-э… слово, что был предельно осторожен. Смотрите сами.
