– Одноглазый полковник выдержал паузу и объяснил источник познаний: – Я читал об этом в каком-то цепарском журнале.
– Ты слишком много читаешь.
– Беру пример с вас, мой господин."
"Лекрийский снова оскалился, помолчал, потирая плохо выбритый подбородок – слишком старая кожа сводила на нет все старания лучших цирюльников, – после чего заметил:
– Раньше Алоиз проводил эксперименты на Луегаре.
Что он имел в виду, угадывалось без труда.
– Значит, речь идёт о чём-то необычайно важном, – кивнул Саймон.
– Холь никогда не разменивался на мелочи, но никогда не предпринимал подобных мер безопасности.
Если судить по ним, инженер относится к нынешней работе предельно серьёзно.
– Да, похоже.
Менсалийская научная школа приказала долго жить одновременно с началом гражданской войны: беспощадные погромы, которые стали визитной карточкой первых месяцев конфликта, не способствуют развитию академической мысли. Закрывались университеты и школы, разбредались по спокойным мирам преподаватели, уезжали исследователи и естествоиспытатели.
Наука и образование показались ненужными, детей в первую очередь учили военному делу, а не алгебре, и теперь планета, которая всего тридцать лет назад строила собственные паротяги, с трудом обеспечивала внутреннюю потребность в людях, обладающих навыком чтения и устного счёта.
Большинство молодых менсалийцев знать не знали, в чём смысл словосочетания «научные исследования», однако Рубен и Фил могли похвастать неплохой подготовкой и понимали, какую опасность могут таить секретные эксперименты знаменитого изобретателя.
Или – какие перспективы.
– Холь явно нацелился на грандиозное открытие. В противном случае он не сумел бы уговорить Веню на столь серьёзную помощь.
– Согласен, мой господин, – склонил голову одноглазый контрразведчик.
– Что это значит для нас?
Лекрийский лично воспитал Саймона и не сомневался, что тот потратит на поиск правильного ответа считаные мгновения:
– Компания наверняка заинтересуется изобретением.
– А Компания умеет быть благодарной, – тут же бросил Рубен.
Для подавляющего большинства обитателей Герметикона данное утверждение звучало как минимум спорным, однако Лекрийский произнёс это убеждённо, ничуть не сомневаясь в его искренности: старик был верным и последовательным проводником интересов Компании на Менсале, за что получил от коллег кличку Галанит.
– Полагаю, Сай, нам придётся рискнуть и разузнать о происходящем в форте Карузо.
