А то, как меня при этом колотило и тянуло каждую секунду разрыдаться – этого не смог бы не заметить разве что слепой."
"– Держи. – но меньше всего я ожидала в эти прессующие едва не до обморочного состояния секунды, как он вдруг потянется рукой к стоявшему между нашими креслами столику и вытянет из поставленной там кем-то позолоченной коробки парочку влажных салфеток. – Вытри хорошенько губы, а то я их не вижу из-за густого слоя помады.
Не знаю почему, но меня ударило от его слов краской смущения в лицо, из-за чего пришлось испытать настоящий стыд за собственную крикливую внешность, к которой, к слову, приложила руку вовсе не я.
Но набраться духу и взять предложенные салфетки у меня с горем пополам, как-то да получилось. Хотя мои собственные руки при этом дрожали будь-будь. Особенно когда я принялась оттирать с губ помаду, не зная при этом, насколько теперь по-дурацки выгляжу со стороны.
Я бы продолжала эту процедуру, наверное, до бесконечности, если бы меня вскоре не остановил сам Кронос.
– Достаточно. А то точно сотрёшь их кровь.
Не успела я вникнуть в смысл сказанных мне слов, как и сообразить, что происходит, как мои щёки и скулы вдруг резко обхватила внушительная мужская лапища, заставившая меня замереть на месте и поднять перепуганный до смерти взгляд на приблизившееся ко мне лицо. И снова меня будто разрядом тока насквозь прошибло, процарапав ментоловым холодом по всему позвоночнику, вслед за которым меня тут же накрыло удушливым облаком обжигающего жара.
И всё это из-за соприкосновения со взглядом холодных серо-зелёных глаз заглянувшего мне в самую душу мужчины. Глаз, оказавшихся настолько близко к моим, что в самую пору тихо лишиться сознания. Потому что я не знала, как можно было вынести их сканирующий до самого нутра рентген и остаться при этом в живых или при своём уме. Как и вынести сминающую на раз близость этого человека (или нечеловека).
А он, ко всему прочему, не просто меня разглядывал, но и надавливал кончиками пальцев на мои скулы, заставляя неспешно поворачивать голову то в одну сторону, то в другую.
Будто он и вправду рассматривал моё лицо под дотошным прицелом своих абсолютно безучастных к моим проблемам глаз. И не просто разглядывал, но и даже слегка поглаживал мой подбородок и нижнюю губу большим пальцем, словно проверяя на ощупь, действительно ли это моё лицо, а не сотворённый чей-то гениальной рукой безупречный грим-маска. Разве что не нюхая и не пробуя на вкус языком.
