Он начал вдруг вставать со стула, демонстрируя своё явное намерение отсюда уйти, после чего Анника всё-таки не выдержала и поддалась интуитивно немного вперёд, будто собираясь остановить его физически.
– Нет! Пожалуйста!..
– Что, пожалуйста, Анни?
– Я согласна! Я расскажу всё тебе! Но только тебе!
___________________________
[1] Леммер – город в Нидерландах
Часть вторая
Глава 28
Следующая неделя на острове мало чем отличалась от предыдущих дней. Хотя по ощущениям и видам из окна я едва ли воспринимала, будто нахожусь очень далеко от внешнего мира, и выбраться отсюда самостоятельно у меня навряд ли как-то получится.
Может мне всё ещё хотелось думать, что это затянувшийся кошмарный сон, и я обязательно скоро проснусь? Но, просыпаясь снова и снова в той же постели и в той же комнате, приходилось мириться с тем фактом, что я всё такая же жертва похищения, как и почти две недели назад."
"Сложнее, наверное, было воспринимать совершённое на меня недавно покушение.
И если бы не поход к доктору Фортену в местный медпункт и не наложенные им на руку швы с постоянным напоминанием в виде повязки на обработанных ранах, я бы с радостью не думала и не вспоминала об Аннике весь остаток своей жизни. Но, увы, такие вещи сложно забыть, как и пытаться списать их на очередное кошмарное сновидение. А уж думать о том, что, возможно, здесь живёт далеко не одна такая Анника, было то ещё испытание. Поэтому, мысли о том, чтобы познакомиться здесь с кем-то ещё – точнее, с такой же, как я жертвой по несчастью – уже не выглядели столь привлекательными как раньше.
Даже теперь глядя на Марит и того же доктора Фортена, моё чувство доверия к ним ощутимо поубавилось. Про остальных слуг можно и не говорить. К ним я испытывала ещё больше подозрений с опасением, невольно сравнивая всех подряд как с Одуваловой, так и с чокнутой Анникой.
Как, оказывается, мало надо для того, чтобы потерять чувство полной защищённости и перестать верить кому бы то ни было.
Правда, на малое это тоже не особо тянуло, но факт оставался фактом. Моя жизнь в качестве похищенной рабыни обострилась в разы, хотя все последующие дни ничего экстремального со мной вроде как уже и не происходило. Даже Кронос не наведывался ко мне в гости и не приглашал к себе, чем вызвал у меня чувство полного непонимания и нечто близкого к тоске.
