Не говоря про отдельный счёт в одном из многочисленных банков Люксембурга, славящийся на весь мир своей оффшорной зоной и низкой процентной ставкой по налогам. Имя владелицы данного трастового фонда, конечно, изменено, но моим специалистам не стоило никаких усилий проверить, кто же такая Магдалена Классенс и что её связывает с твоей семьёй. Я могу тебе показать распечатки банковских документов, включая «скрин» данной Магдалены с паспортом, который она сделала в вышеупомянутом банке чуть более трёх лет назад, как раз за несколько недель до нашей с тобой судьбоносной встречи в Сан-Ремо.
Правда, на этом снимке она была брюнеткой, но сам факт…
– Это… это какая-то ошибка! Меня кто-то пытается подставить!
Мужчина сдержанно выдохнул и так же с подчёркнутой ленцой оттолкнулся от коленей и откинулся на спинку стула, взирая свысока на жалкую фигурку девушки ничего не выражающим взглядом. К тому же, ему ничего не стоило сейчас встать и уйти отсюда, ничего не говоря на прощание, как и о том, что же её ждало в самое ближайшее время.
– Анни, я тебя очень прошу, будь хорошей девочкой и просто расскажи мне всё без утайки и намеренных недомолвок. Обещаю, я буду с тобой предельно тактичен, если ты будешь предельно со мной честна. Насколько я помню, ты ещё никого здесь убить не успела, и у меня нет причин отвечать тебе взаимностью. Но ты совершила попытку. Единственное, что может спасти тебя от серьёзного наказания – это рассказать о себе всю правду.
О себе и о своём нанимателе. И самое главное. То, что твоя семья проживает в Нидерландах в полторы тысячи километрах отсюда, едва ли делает её какой-то недосягаемой или неприкосновенной.
– Т-ты… ты не сможешь этого сделать… ты ведь не такой!..
– Какой не такой, Анни? – голос Кроноса за всё время их «милого» разговора так и не изменился. Оставался спокойным, едва не мягким, но далеко не вкрадчивым.
Как и выражение абсолютно апатичного к происходящему лица. Только на последней фразе его веки заметно потяжелели, а от прямого, вроде как ничего не выражающего взгляда у девушки резко похолодела спина, затылок и внутренности. Как и от окончательно сошедшей с его губ улыбки. – Откуда тебе вообще знать, какой я и на что способен? Но… если тебе это захотелось узнать именно сейчас, что ж… Не буду тогда отказывать тебе в данном желании.
