Фокс учтиво пригласил Грантов составить ему компанию. Нэнси что-то возмущенно пробормотала, но прошла через распахнутую перед ней дверь в коридор, а потом через другую в большую угловую комнату. Фокс зажег свет и передвинул несколько кресел, после чего вышел в холл встретить гостей. Через минуту он вернулся в их обществе. Грант встал и, склонив голову, ответил на приветствия вошедших. Нэнси выглядела всецело погруженной в изучение бюллетеня Министерства сельского хозяйства Соединенных Штатов, который впопыхах схватила со стола Фокса.
Но это вряд ли могло ее спасти, поскольку Нэнси в любом случае придется говорить с Мирандой, ведь та была довольно приветлива во время их случайной встречи в здании суда. Найти лучшее решение возникшей проблемы Нэнси не успела, потому что, войдя, Джеффри Торп решительным шагом направился прямо к ее креслу, встал перед ним и с хрипотцой в голосе произнес:
– Вы выйдете за меня замуж?
– Господи Исусе! – ахнула Миранда, падая в соседнее кресло.
Джеффри даже бровью не повел.
– Я спрашиваю, выйдете ли вы за меня? – навис он над Нэнси. – Конечно не выйдете. Теперь, разумеется, нет. Но я решил первым делом спросить, чтобы прояснить для себя хоть это. Еще мне хотелось бы знать, когда вы вручили свою фотографию моему отцу, зачем и при каких об… эй, только не…"
"Но Нэнси уже вскочила с кресла и проскользнула мимо него, даже не задев простертой в попытке задержать ее руки, затем пронеслась мимо Фокса, словно легкий ветерок вокруг куста, и, лишь открыв дверь, замерла на пороге, чтобы вполоборота сказать Миранде:
– Добрый вечер, миссис Пембертон.
Рада, что вашего отца не убивали.
После чего вышла и закрыла за собой дверь.
Нэнси сразу направилась к себе, но у лестницы в нерешительности остановилась, думая, что свежий воздух может немного охладить ее пылающие щеки. Однако снизу к ней долетали чьи-то негромкие голоса, очевидно с террасы, и Нэнси пошла по коридору дальше. В мягких спортивных туфлях она бесшумно ступала по полу, не предупреждая о своем приближении, пока не открыла дверь своей комнаты.
И там Нэнси с изумлением увидела не только сидящего в кресле Дэна Пейви, но и свою фотографию, которую тот держал перед собой, словно раскрытую книгу.
– Прошу прощения, – потрясенно выдавила Нэнси, но дверь не прикрыла и даже не подумала тихо удалиться.
– Ничего страшного, – кивнул Дэн и неспешно встал, не сводя с девушки проницательных глаз. – Миссис Тримбл попросила меня подняться и разложить свежие полотенца.
