Это доставило бы мне настоящее удовольствие. Но очевидно… Как же вы попали сюда, мистер Торп? Сошли где-нибудь на берег?
– Да, в Порт-Джефферсоне. И сразу увидел газетные заголовки… Господь всевышний, это еще что?!
Вздрогнув, все обернулись, но в тот же момент все было кончено. Шорох у одного из открытых окон; чье-то ехидное лицо; протянутая в помещение мужская рука; неопределенный предмет, блестящий отражением в полированной линзе, а затем внезапный хлопок и слепящая вспышка. Миранда взвизгнула в прижатую к губам ладонь.
Люк устремился к окну. Текумсе Фокс рассмеялся. Объятый яростью Дервин завопил полисмену:
– Беги, лови его! Выставь там охрану! Ей-богу, фотографы уже лазают по стенам, как мартышки! Или, может, пожарные одолжили ему лестницу?
– Вы явно нервничаете, – сочувственно сказал ему Фокс. – Подпрыгнули на целых три фута…
– Да ну, неужели правда? Нервничаю, да?
– Еще как нервничаете, и я вас не виню. Вскоре вас ждет вселенский хохот, ведь вы вовсю расследовали убийство, когда дверь открылась и вошел убитый.
Подумайте, до чего вам было бы спокойнее, не разозли вы меня вчера. Где человек, на которого я работаю, где Эндрю Грант? Теперь он может быть свободен, не так ли?"
"– Он и без того свободен. Вышел под залог… – Дервин обогнул свой стол, не спеша сел, обвел хмурым взглядом собравшихся в кабинете и остановил его на возмущенном лице Ридли Торпа; у окружного прокурора дрогнула челюсть, но он сумел взять себя в руки. – Мистер Торп, – начал он, – вы ведете дела поистине с широким размахом, я считаю вас фигурой общенационального масштаба.
Вас знают повсюду в стране. Бесспорно, я бесконечно уважаю ваше положение, ваше… высокое положение. Ваше внезапное появление здесь создало неслыханную ситуацию… как выразились вы сами, фантастическое безобразие, но вы не несете за это ответственности. Я определенно не вижу состава преступления в том, чтобы нанять кого-то выдавать себя за вас в стенах вашего собственного дома, а самому наслаждаться приватной атмосферой где-то еще.
Вы должны понимать, что я всецело уважаю ваши права и ваши заслуги перед обществом. Но… пускай я очень доволен… то есть я рад… что вы живы и невредимы, факт остается фактом: в округе моей юрисдикции убит человек, а в текущем состоянии дел мне даже имя его неизвестно.
Торп опустил брови:
– Его звали Кори Арнольд.
– Кем он был?
– Архитектором… – Торп покосился на стенографистку, которая заносила в свой блокнот его заявление. – Вы это тоже запишите.
