– Можно спросить, мисс Моубрей, в понедельник у вас с Тусаром была репетиция?
– Не вечером, – помотала головой Дора. – Утром я зашла к нему в студию, и мы трижды прогнали пьесу Сен-Санса, но к остальным номерам даже не приступали. Я ушла вскоре после полудня и увиделась с ним только вечером, уже в фойе.
– Почему потребовалось повторять ее трижды? Она как-то не так звучала?
– Мне казалось, все в порядке, но Ян был недоволен, особенно с анимато после вступления и с последними восемью тактами до начала аллегро.
Он сказал, что слишком торопится…
– Но к скрипке у него не было претензий? К звучанию? В тот вечер она звучала как-то иначе?
– Господи боже, нет! Вечером она звучала отвратительно. С самого начала это был настоящий кошмар… но вы же и сами слышали…
– Да, слышал… – Фокс поднялся и взял пальто. – Побегу. Спасибо большое вам обоим.
– Так, выходит… все кончено? – спросила Дора, подходя к двери. – Это была скрипка Яна, и ничего не… Это все?
– Отнюдь, мисс Моубрей, – сухо ответил Фокс, надевая пальто.
– Я дал ответы на вопросы, которые вы, ребята, мне задали, но наткнулся на еще один вопрос, и, боюсь, он гораздо уродливее уже заданных.
– Уродливее? – пролепетала она.
– Да. Миссис Помфрет еще свяжется с вами, попросит приехать к ней завтра к двум часам. И вас тоже, Гилл. Тем временем у вас будет возможность подумать над тем, может ли доведение человека до самоубийства считаться убийством. Предупреждаю, вопрос довольно сложный.
Глава 6Склонность человеческих особей следовать готовой модели поведения, сформировавшаяся, правда, недавно, получила наглядную демонстрацию в библиотеке миссис Помфрет в воскресенье днем.
Двенадцать человек лишь однажды сидели вместе за этим столом, но когда миссис Помфрет обвела взглядом собравшихся, то заметила, что каждый из гостей занял тот же стул, что и в прошлый раз. Слева от нее уселся Адольф Кох, а за ним устроились Тед Гилл, Дора Моубрей, Текумсе Фокс, Диего Зорилла и Гарда Тусар; справа расположились Уэллс, затем ее сын, ее муж, Геба Хит и Феликс Бек.
Начало встречи пришлось немного перенести, поскольку Фокс появился лишь в пятнадцать минут третьего. Должно быть, он сделал это намеренно, поскольку обычно приходил на встречи намного раньше назначенного времени.
Миссис Помфрет, покончив с метанием властного взгляда, сообщила собравшимся, что мистер Фокс должен сделать сообщение, и кивком предложила ему начинать.
Фокс вынул из кармана сложенный лист бумаги.
