– Вы знакомы с Эндрю Грантом?
– Нет. Это имя известно мне из газет.
– Ну разумеется. Грант заявил, что заглянул в окно вашего бунгало в десять минут двенадцатого и увидел, как вы курите сигару, слушая оркестр по радио. Ваш сын настаивает, что этого просто не могло быть. Простейшее объяснение – Грант нагло лжет, но у меня были свои причины для сомнений. Среди других вариантов один приглянулся мне сильнее остальных: Грант видел не вас. Не самый удачный вариант, ведь ваш сын опознал труп, однако я предпочел его и отправился ловить на живца.
Я бы назвал это…
– Так я и знал, – с тоской вздохнул торчавший у окна Кестер. – Он всего-навсего блефовал.
– Помолчи, Вон! – прошипел его хозяин. – Мы не имели права рисковать.
– Совершенно верно, мистер Торп, – согласился Фокс. – Если бы вы не связались со мной до завтрашнего полудня… уже сегодняшнего… ваш дантист был бы доставлен в Уайт-Плейнс, чтобы изучить зубы мертвеца, и через пару минут…
– Да. Вот именно. Конечно. И что вы… намерены…
– Я намерен поставить в известность полицию.
Иначе никак. Энди Гранта нужно вывести из-под удара. А основная причина их подозрений в том, что он якобы лгал насчет радио.
– И вы расскажете полицейским о нашем звонке… об этой встрече…
– Естественно.
– Так ли уж необходимо обелять Гранта?
– Он меня нанял. Не знаю, известно ли вам, что по роду занятий я частный детектив, но…
– О да, еще как известно, я о вас наслышан. – Голос Торпа так и сочился елеем. – И о вашей частной жизни тоже… вашем великодушном обычае привечать обездоленных… да уж, воистину… похоже, это наша с вами общая черта… не то чтобы моя деятельность филантропа имела те же восхитительные личные нотки, что и ваша… и, кстати говоря, это настоящее совпадение, ведь всего на прошлой неделе я сделал ежегодный взнос в фонд Общества по сохранению культуры американских индейцев… Я слышал, в ваших жилах течет индейская кровь… Безусловно, одно ваше имя…[2]
– Ошибаетесь! – отрезал Фокс.
– Моего старшего брата зовут Уильям Маккинли Фокс. Мое же полное имя – Уильям Текумсе Шерман Фокс.
Слишком много Уильямов в одном семействе. И я давно уже не посещаю детский сад, мистер Торп. Я прекрасно сознаю, что вы умелый, ушлый и циничный манипулятор. Если на вашем лице появятся слезы, я не подам вам платка. Что же до моего намерения сообщить в полицию о нашей встрече…
– Вы этого не сделаете, – объявил Торп, из голоса которого исчезли последние капли елея.
– Ну, в любом случае попытаюсь.
– Сказано, не сделаете.
