Вечером во вторник вы последовали за Эми Дункан и сопровождали ее от квартиры до этого здания?
Эми резко повернула голову в сторону Клиффа, но тот даже не пошевелился и сдавленным голосом ответил:
– Так и было, как я вам и рассказывал.
– Во сколько вы прибыли на место?
– Примерно в семь десять.
– И мисс Дункан вошла в здание?
– Да.
– Чем занимались вы с этого момента до восьми часов одиннадцати минут, когда она снова вышла на улицу?
– Стоял под аркой служебного въезда в стороне от крыльца. Прятался от дождя.
– Вы видели, как в семь сорок там появился Филип Тингли?
– Видел. И видел, как он снова вышел, минут семь или восемь спустя.
– Видели ли вы, как в здание фабрики входил еще кто-нибудь?
– Да, еще до того. В семь тридцать к фабрике подъехал лимузин, встал напротив крыльца, оттуда выбрался мужчина и направился к входу, а водитель шел рядом, держа над ним зонт.
– Одну минуточку! – не терпящим возражений тоном заявил Деймон, выступая вперед; немой вопрос в глазах Фокса он встретил, не моргнув.
– Тут мы должны притормозить… – Повернувшись к Клиффу, он чуть ли не бросился на него. – Вы сами входили в здание?
– Нет.
– А что вы вообще там забыли? Почему шли за мисс Дункан?
Клифф приоткрыл рот, но снова закрыл его, умоляюще косясь на Фокса. Тот подергал Деймона за рукав:
– Инспектор, прошу вас. Показания записываются, а эта деталь нам сейчас не нужна, поверьте мне. Если возникнет желание, вы все узнаете позже. Это позволит… Мистер Клифф, какие номера были на лимузине?
– ГД пять-пять.
– И кем был человек, вышедший из машины и вошедший в здание?
– По моему убеждению, им был Гатри Джадд. Было темно, шел дождь, и я был не в состоянии…
– Это вполне понятно. Как долго он оставался в здании фабрики?
– Пять минут. От четырех до шести, не больше.
– Он вышел, сел в свой лимузин и уехал?
– Да.
Удовлетворенно кивнув, Фокс вновь перевел взгляд.
– Мистер Гатри Джадд… – Две пары глаз схлестнулись, словно бойцовые петухи, готовые броситься друг на друга, но Фокс вдруг улыбнулся сопернику.
– Похоже, сэр, мы нуждаемся в том, чтобы вы выступили в роли рефери. Мисс Йейтс утверждает, что Тингли был еще жив в восемь часов вечера, тогда как Филип настаивает, что в семь сорок он уже был мертв. Хотелось бы услышать от вас, в какой форме он был в семь тридцать. Вы можете, конечно, ответить, что не поднимались наверх или что, войдя в эту комнату, нашли ее пустой, но мы вам не поверим, как и любой судья, и присяжные.
