– А я нет! – резко бросил Джадд. – Пожалуйста, инспектор, давайте скорее с этим покончим. Вас впустили в дом, несмотря на мою занятость, только из уважения к вашему положению. Прошу вас, переходите к делу.
– Уверяю вас, мистер Джадд, вы можете пожалеть о…
– Я никогда ни о чем не жалею.
Деймон сдался, сел и поставил кожаный портфель на пол перед собой. Согнувшись, он немного повозился с застежками и открыл его. Выпрямился и взглянул прямо в глаза Джадду:
– Сегодня в пять часов вечера в Управление полиции была доставлена посылка на мое имя.
Ее отправили сегодня утром с Тридцать четвертой улицы. Завернута в вощеную бумагу, перевязана шпагатом, адрес указан от руки, карандашом… – Вновь согнувшись, инспектор вытащил из портфеля продолговатый предмет, который поставил себе на колени. – Вот что находилось внутри. Приходилось ли вам видеть это раньше?
– Нет, – сказал Джадд.
Взгляд Деймона сместился в сторону.
– Поскольку вы здесь, Фокс… А вам приходилось?
– Невиновен, – покачал головой Фокс.
– Как видите, – продолжил Деймон, – это металлический ящик с замком – из тех, что продают для надежного хранения ценностей в банковских ячейках.
Превосходное качество изготовления. Он довольно тяжелый, со сложным замком. Здесь, на краю верхней крышки, грубо вырезаны инициалы «Г. Д.», вероятно, кончиком острого ножа. Первое, что сразу приходит в голову: ящик соответствующего описания, включая инициалы и все остальное, был официально завещан вам ныне покойным Артуром Тингли. Сегодня утром вас расспросил об этом комиссар полиции, и вы заявили, что ничего не знаете о таком ящике и не имеете понятия о том, что могло в нем храниться.
Припоминаете, мистер Джадд?
– Да, – признал Джадд. – Хомберт говорил мне, что в завещании сказано: ящик хранится в кабинете Тингли, в сейфе. И что его там не оказалось.
– Верно. Второе: замок взломан с применением грубой силы. Когда посылку развернули, он уже был в таком виде. Третье: его содержимое… – Инспектор вгляделся в лицо Джадда. – Вы готовы доверять Фоксу при обсуждении найденных там предметов?
– Откуда мне знать? Я… Валяйте.
– Прекрасно… – вздохнул Деймон, открывая крышку. – Экспонат первый: пара детских башмачков.
Он поднял их повыше, выставив на обозрение, и в этот момент в этой комнате и в этой атмосфере невозможно было вообразить более неуместного объекта, чем тот, в который вперились их испытующие взгляды. Башмачки носил когда-то совсем маленький ребенок: верх покрыт царапинами, носки загнуты, подошвы истерты.
