– Я чертовски занят, но это у меня на целый день, так что… – Выглядел он, вообще говоря, измученным и слегка помятым. – Рад, что вы пришли. Хочу поблагодарить вас за вчерашнее… за то, как ловко вы сняли… э-э-э… недопонимание, возникшее у мисс Дункан.
– Не стоит благодарности.
– Хотя, должен признаться, вы здорово выставили меня на посмешище, стоило мне предложить Коллинзу аванс…
– Но вы даже не дрогнули, – похвалил Фокс. – И прекрасно, что вы не обижаетесь, когда вас выставляют на посмешище. Я пришел, чтобы вновь проделать тот же трюк.
Поскольку вы заняты делами, да и сам я тороплюсь, не буду с этим затягивать. Вы ошиблись насчет того номера ТД пять-пять. На самом деле номер был не ТД, а ГД.
Клифф замер, но быстро пришел в себя. Лишь легкий блеск в глазах и чуть отвисшая челюсть выдали его нервное напряжение, но голос не подвел, выразив надлежащую меру изумления.
– Это какой-то кодовый язык? Я в них не разбираюсь. О чем речь?
Фокс ласково ему улыбнулся:
– Давайте подойдем к этому с другой стороны. На какую газету вы работали?
– Ни на какую.
Никогда не имел с ними дела.
– Тогда кто научил вас писать, не начиная фраз с местоимения «я»?
– Не сказал бы, что я так уж хорошо умею писать. Но мне довелось целых три года составлять тексты для «Корлисс энд Джонс».
– Так и знал, что вы набили где-то руку! – довольный собой, объявил Фокс. – Насчет того анонимного письма, которое вчера получил Нат Коллинз…
– Какого письма?"
"– Которое он получил. Позвольте, я объясню подробно. Вероятно, вы превосходный руководитель и отлично разбираетесь в бизнесе, но как интригану вам еще расти и расти.
Когда прямо там, в офисе у Коллинза, я спросил, где вы были вечером во вторник, вас моментально выдали виноватый взгляд на мисс Дункан и легкое изменение в цвете лица. Очевидно, в течение этих двух с половиной часов вы делали что-то для мисс Дункан, или у нее, или вместе с ней, воспоминание об этом вызвало у вас смущение. Это, впрочем, ничего конкретного мне не сказало. Но затем вы вышли в приемную, где своей очереди дожидался Филип Тингли, и поняли, что это именно он, поскольку о его визите было объявлено заранее.
Пока Филип находился с нами в кабинете, Коллинзу позвонили и сообщили, что мужчиной, вошедшим в здание фабрики Тингли в семь сорок вечера во вторник, был именно Филип Тингли. Поскольку автор анонимки в момент написания письма не мог определить, кто был тот мужчина, напрашивался вывод, что у него появилась возможность выяснить, как выглядит Филип Тингли.
