Однако он обогнул участок пола с запекшейся на нем жидкостью, чтобы лишний раз провести краткий, но исчерпывающий осмотр. Покончив с этим, Фокс выпрямился и осмотрелся. Три минуты он простоял неподвижно, лишь поворачивая голову и стреляя глазами по сторонам, методично занося в надежно скрытую в голове картотеку сотню деталей увиденного. Особого внимания заслуживали следующие детали:
1. Окровавленное полотенце на полу рядом с умывальником, в шестнадцати дюймах от ближайшей стены.
2.
еще одно окровавленное полотенце на бортике раковины справа.
3. длинный тонкий нож с черной наборной рукоятью на полу, между телом и ширмой; этим утром, совершая экскурсию по фабрике, Фокс видел подобные, острые как бритва ножи в руках девушек, резавших мясо.
4. здесь же на полу, между двумя передними ножками подставки для умывальника, металлический объект размером почти с кулак Фокса в виде усеченного конуса, с рельефной цифрой «2» сбоку. Такой или его точную копию он также видел на фабрике; подобными старомодными гирями весом два фунта пользовались весовщики в соусном цеху.
5. на полу у края ширмы женская сумочка из змеиной кожи.
Фокс опустился на колени, чтобы внимательно изучить нож, не прикасаясь к нему; так же он поступил и с гирей. Повторять подобное представление с сумочкой было излишним. Со своего места Фокс мог разглядеть хромированную монограмму «Э. Д.» в ее уголке. Сумочку он также оставил нетронутой.
Проходя по комнате, он не стал касаться вообще ничего, хотя ясно видел, что кто-то другой коснулся здесь великого множества вещей в ходе того, что можно было счесть тщательным обыском. Два ящика письменного стола были выдвинуты. Другие предметы, которые во время утреннего посещения кабинета Фоксом были аккуратно расставлены на полках, теперь валялись в полном беспорядке. Стопка журналов «Нэшнл гросер» оказалась разбросана по полу. Дверца огромного старого сейфа была открыта.
Шляпа Артура Тингли по-прежнему покоилась на полочке над письменным столом, но его пальто, вместо того чтобы висеть на вешалке, которая болталась на крюке под полочкой, валялось на полу бесформенной грудой.
Отметив эти и многие другие признаки прошедших поисков, Фокс встал с угрюмой гримасой в центре кабинета и пробормотал:
– Жаль, что не могу осмотреться тут как следует, – после чего ушел.
Дождь не унимался.
