Нас долго держали в доме, а потом отвезли в Уайт-Плейнс, рассадили по разным комнатам и весь остаток ночи задавали мне вопросы. Думаю, дяде Энди тоже, потому что…
– Вы потребовали себе адвоката?
– Ни с одним не знакома. Да и дядя Энди тоже вряд ли их знает. Откуда ему знать адвокатов?
– Может и знать. Многие знакомы с адвокатами. Продолжайте.
– Вот и все. – Нэнси повернула красивые руки ладонями вверх. – Меня оставили в комнате одну, я выбралась в окно, повисела немного на карнизе и спрыгнула. Потом пробежала по переулку, позвонила, угнала ту машину и примчалась сюда.
– Вы сбежали через окно?
– Пришлось. Дверь была заперта.
Фокс хмыкнул:
– Вы разве не слышали о своем праве на телефонный звонок?
– Телефон был мне нужен только затем, чтобы спросить, на месте ли вы. Кроме вас, помочь дяде некому. Мне нужно было убедить вас заняться этим делом, и я боялась, что разговора по телефону окажется мало. Видите ли, денег у меня нет, да и у дяди тоже негусто. Наверное, я могла бы наскрести долларов сто и одолжить еще…
– О чем вы умолчали?
– Умолчала? – сдвинула брови Нэнси.
– Вы насчет денег?
– Я насчет фактов. О чем вы умолчали?
– Как, ну… Ни о чем. Честно, я все вам рассказала, ничего не тая. Я ведь упомянула об угнанной машине?
– Не про машину. Про убийство. Про случившееся прошлой ночью и про события, которые к этому привели. Каких деталей не хватает в вашем рассказе?
– Все детали на месте. – Губы девушки вновь дрогнули, тщетно пытаясь изобразить улыбку. – Понимаете, почему я просто обязана была приехать сама, а не обойтись звонком? Сейчас мы смотрим друг другу в лицо, и вам ни за что не поверить, будто я способна на бесстыдную ложь.
Разве вы… Умоляю вас! Это моя вина… Во всем, что случилось, виновата только я сама…
– Прошу прощения, – произнес Фокс, поднялся и оставил девушку наедине с так и не высказанной мольбой."
"За сетчатой дверью был просторный холл с вощеным паркетом, лестницей наверх, довольно безвкусными песочно-коричневыми обоями в золотую полоску и шестью дверями, четыре из которых были открыты, а за другими прятались стенные шкафы.
В комнате слева, очень большой и битком набитой книгами, стульями, охотничьими ружьями, теннисными ракетками, горшками с геранью, гитарами, биноклями, попугаями и всем таким прочим, Фокс задержался, чтобы положить ладонь на плечо мужчине со следами пчелиных укусов, который со стаканом виски в руке наблюдал за тем, как парень с грубоватыми чертами лица азартно преследует муху, щелкая мухобойкой.
