И потом, этот ремень, он же денег стоит.
— Да бросьте вы, Лилия Юрьевна. Живу я один, так что ваш визит никого не отвлечет и не расстроит. Ремень я вам просто одолжу, а потом вы мне его вернете. Мы со Сколкиным к вам в управление, как на работу ходим. Вот и отдадите при случае.
— Что ж вы один живете, Илья? Неужели не нашлось женщины, которая оценила бы вас по достоинству? — Настроение у Лили было хорошее, поэтому и разговаривала она игривым тоном, который обычно не позволяла себе с малознакомыми людьми.
— В разводе, — коротко ответил он.
— Дом, конечно, не мой. Мы его вдвоем с сестрой строили. То есть строил, конечно, я, а деньги давала она, она более моего зарабатывает. Но сестра тут только наездами бывает, а я постоянно живу. Не могу я в каменных джунглях. Да и квартиру пришлось жене оставить. Так что все к лучшему сложилось.
За разговорами они почти доехали до нужного места. С асфальтовой дороги свернули на примыкающую узкую гравийную отворотку, чуть ли не тропинку, которая чуть поднималась в горку, где стоял массивный деревянный дом, выкрашенный морилкой в темный цвет.
Под красной черепичной крышей он производил мрачное впечатление — здоровенный, закрывающий солнце, из широких круглых бревен. Вокруг тропы, по которой они ехали, лежали огромные каменные валуны, от чего пейзаж вокруг становился фантастическим и немного пугающим.
— Ледник шел, — коротко пояснил Широков, перехватив Лилин заинтересованный взгляд."
"Мертвая часть деревни, с развалившимися и сгоревшими остовами домов, осталась справа.
Дом Широкова стоял на самом краю поселка, на отшибе, как говорили раньше. Гравийная дорожка привела их к высокому темно-красному забору с массивными металлическими воротами. По верху забора шли острые пики, грозяще потерей штанов любому желающему через него перелезть.
— Когда в такой глуши живешь, остерегаться чужаков надо, — бросил Илья, снова перехватив взгляд Лили, брошенный на пики. — Вы посидите в машине, пожалуйста. Я собак в клеть загоню.
— Собак?
— У меня два ротвейлера. Настоящих, тренированных.
Я когда уезжаю, отпускаю их по двору бегать. Лучшая защита от непрошеных гостей. Сейчас, подождите минуточку.
У Лили по спине побежали мурашки, и она взяла Матвея за руку. Собак она не боялась и всегда находила с ними общий язык, но тренированные ротвейлеры действительно представляли из себя реальную угрозу.
Широков исчез внутри двора, что-то прокричал, лязгнуло железо, и, широко открыв ворота, он вскочил обратно в машину и лихо зарулил во двор.
