И ты… сам никогда не делал шаги навстречу. Ты же даже не смотрел на меня… как на девушку, не говоря уже как на жену. Я не хочу, и никогда не хотела быть твоим другом, только… только женой. Даже отец сделал все грамотно, ни в чем не просчитался, чтоб отвадить тебя от этой девки. Я придумала просто гениальный план, — вздохнула женушка, а мои руки сжались в кулаки до побелевших костяшек. — А ты… ты сохнешь по ней до сих пор. Да что в ней… такого, а, Покровский? Ты даже во сне все ещё повторяешь ее имя, Тимур! Повторял, по крайней мере, пока ты ещё спал со мной в одной кровати, — Карина смотрела на меня стеклянными глазами, в которых блестели слезы.
— Повтори! — прорычал я, едва сдерживая себя.
— Ч-что? Что п-повторить, — Карина испуганно подняла глаза на меня.
— О каком плане ты говоришь, Карина? — прикрикнул на девушку так, что она поежилась.
— Ты думаешь отец… угрожал твоей семье и… этой девке по своей воле? — Карина натянуто улыбнулась.
— Тимурчик, мой отчим в тебе души не чает. И он из тех ненормальных людей, у которых, к сожалению, просто тьма принципов. Поэтому, зная, что помогать просто так он мне… э… не будет, пришлось… идти на хитрость… Иначе бы мы не смогли пожениться, — Карина натянуто улыбнулась.
— Если ты здесь останешься, то я за себя не ручаюсь. Убирайся! — меня заводило ее каждое проклятое слово. В моей голове прокручивались все события двухлетней давности, и с каждой новой фразой я ненавидел свою жену все сильней.
— Ну что же ты такой негостеприимный, Тимур? Жену… выгоняешь, а я, между прочим, с тобой и в огонь, и в воду… А ей… Ты… ты не нужен ей! — выкрикнула Карина, а затем уже более спокойным голосом продолжила. — Я закрывала глаза на все… все, Тимур, твои похождения и интрижки тогда много лет назад. Вела себя… как ни в чем не бывало, подыгрывая, будто лучшего друга… в твоей жизни и быть не может.
Жаль, я сразу не узнала, что это и есть та самая Алина… тогда бы я обрубила все на корню… ты даже близко… к ней не подошел бы, не говоря уже о совместных поездках на машине… Вот это я сглупила, да, муженек? А сейчас мне все это осточертело, за все время брака у нас с тобой близость была пять раз. Пять, Покровский! — кричала мне в лицо Карина.
