Только представить: в доме закончили завтракать, и вдруг появляется незнакомая дама, пусть баронесса, которая начинает пугать опасностью, при этом обвиняя Урсегова.
Что должна подумать купеческая мать, которая готовится сделать свое чадо графиней? Что незнакомая мадам сошла с ума или сама имеет виды на графа. Скорее всего, мадам Бабанова не поверит в разговор, который был подслушан в Клину. Потому что баронесса не сможет назвать тех, кто собирался убивать невесту графа. А если Бабановой рассказать про несчастную, которую убили вместо ее дочери, она, пожалуй, выгонит из дома.
Слишком уж невероятно выглядит. Да и Пушкин наверняка уже там побывал. Его словам куда больше веры.
Тут Агата окончательно поняла: пока не предъявит купца, с которым закрутил граф, ее страхам грош цена. Никто ничему не поверит. Нужно ловить купца. Она снова прилегла на подушку. Но мысли не дали покоя. До свадьбы Астры Бабановой еще три дня, может случиться что угодно. Скорее всего, «Клуб веселых холостяков» захочет еще крови.
Одной невесты им будет мало, чтобы замаскировать гибель Бабановой. Наверняка они планируют следующее убийство. Как остановить? Как помешать? Может быть, дать понять, что их планы провалены? Написать графу разоблачающее письмо, чтобы он испугался, затаился, и тем сберечь чью-то жизнь? Нет, если он хочет сорвать большой куш, пожалуй, такое письмо заставит его поторопиться.
Что же предпринять?
Агата знала, что иногда ее посещали простые и гениальные мысли. Окончательно выбравшись из постели, она нашла в секретере писчую бумагу, чернильницу и перьевую речку.
Присев к столу, стала писать, разбрызгивая чернила. Агата вкладывала всю душу и ненависть. Получилось не слишком длинно, но так яростно, будто били плетью по лицу. Лучше и придумать невозможно.
Быстро умывшись и нацепив дорожный туалет, Агата спустилась в ресторан, проглотила то, что успел принести официант, и выбежала из гостиницы. На Никольской, как всегда, дожидались извозчики. Поманив ближайшего, она уселась в пролетку и приказала гнать на Пресню в Ваганьковский переулок.
Агата ничего не замечала вокруг и хотела скорее доехать.
Когда пролетка встала у дверей газеты, нетерпение ее достигло предела. В два прыжка оказавшись на тротуаре, она влетела в приемную газеты. Перед столом чиновника, принимавшего объявления, было пусто. Агата быстро оценила тип мужчины, поняла, что справится как с котенком, чуть расправила плечи и приподняла подбородок.
