Вам предложено столько, что хватит и вашим внукам… Женитесь на Астре, берите приданое и живите счастливо… Остальное приложится, поверьте мне… Больше дать не могу… Мне еще Гаю надо выдать замуж… Ну и себе оставить на старость…
Выслушав, Пушкин замолчал.
– В таком случае отвечу я, – наконец сказал он. – Вам понадобился родственник-полицейский в семье. Для чего? Вариантов немного. Или вы боитесь за Астру и тем хотели уберечь ее от какой-то опасности. Или…
– Или… – ласково повторила Авива Капитоновна.
– Или вы боитесь чего-то.
Она засмеялась натужно и громко.
– Я? Авива Бабанова? Чего мне бояться? Кто мне страшен? Смешно слушать…
– Чаще всего боятся разоблачений, – ответил Пушкин.
Авива Капитоновна прожгла его взглядом, как может и умеет жечь только очень рассерженная женщина. Ну, или им так кажется.
– Говорите, да не заговаривайтесь, мой друг… Не выдумывайте фантазий.
– Фантазиям не обучен. Имею дело с фактами. Они таковы: вы содержите под секретом кассу взаимопомощи невест. Которая не разрешена ни Министерством внутренних дел, ни градоначальством Москвы… Вчера и позавчера из кассы должны были быть выданы суммы приданого на тысячу рублей каждая.
Итого две тысячи. Однако мадемуазели Юстова и Бутович внезапно погибают в модном салоне мадам Вейриоль. Салон находится в доме, который принадлежит вам. 25 апреля утром, когда в примерочной находилась мадемуазель Юстова, вы были в салоне и разговаривали с Вейриоль. У меня есть свидетель. Вчера вы снова посетили салон, когда в примерочной находилась Бутович.
Ничто не мешало вам войти через сад и убить обеих. Одного этого достаточно, чтобы присяжные признали вас виновной… У меня имеются улики, целиком изобличающие вас…
Мадам Бабанова повела себя странно. Вместо того чтобы кричать, рыдать или все отрицать, она выгодно устроилась на диванной спинке и улыбнулась с явным облегчением.
– Милый Алексей Сергеевич, вы окончательно заигрались в сыщика… Да, я была у Вейриоль и говорила с ней. Но понятия не имела, кто там прячется у нее в примерочной.
Да и зачем? У меня было труднейшее дело, касающееся Астры Федоровны – и только. Ее свадебного платья, если вам угодно… Меня подвозил туда и обратно знакомый извозчик, Григорий, кажется, который стоит тут на Тверской, найти его вам не составит труда… Он подтвердит каждое мое слово… А что касается улик, покажите их мне…
Выдавать бокалы и бутылку шампанского раньше времени не имело смысла. Как и прочие подозрения. Пушкину нужно было другое.
