Он что, нарочно повернул голову так, чтобы дыханием щекотать кожу на внутренней стороне бедра?!
Ася невольно поерзала, думая, что, наверное, было бы лучше им сесть в разные кресла.
Сосредоточиться на вопросах было очень трудно, поэтому ничего удивительного, что начала она не с первого, а с того, который смогла быстрее всего прочитать.
— У тебя есть аллергия на продукты или лекарства? — Голос с головой выдавал ее волнение. И даже попытка откашляться не увенчалась успехом. — Ну или аллергия в принципе на что-нибудь?
— Да нет, вроде.
— Счастливчик! Ау меня на мандарины и на новокаин.
— На мандарины? — Тимур даже глаза открыл. — Морковка, а как же новогодний квест «утони в мандаринках»?
— Ну, я обычно съедаю пару штук, но потом пару дней хожу вся в мелкую крапинку.
— Если это не опасно для здоровья, то и пофигу.
— Не опасно, но я та еще «красотка». — Она заглянула в блокнот, и снова выбрала наугад. — Зачем ты проколол язык?
Блин, она же собиралась вычеркнуть этот вопрос?
Тимур вскинул бровь, на миг подарив ей самый сумасшедше-озорной взгляд из всех, что она видела у него раньше и, придвинувшись ближе, притронулся губами к внутренней части ее бедра.
Там, где до развилки между ногами оставалось несколько сантиметров.
Ася дернулась от острого, убийственно горячего толчка в трусиках, как будто на кожу между ногами вылили расплавленный горячий шоколад.
— Вижу, мой пирсинг тебе покоя не дает, Морковка, — осторожно покусывая кожу на месте поцелуя, подразнил он. — Просто хотел — и сделал.
Кто-то уши прокалывает, а я язык. Зажило, как на собаке."
"Он медленно, словно хотел испытать ее на прочность, слизнул укусы, слегка ударяя по коже железным шариком «штанги».
— У тебя мурашки на коже, — улыбнулся, явно довольный своей проделкой. — Целая толпа мурашек, маленькая. Тебе нравится.
Ему даже не нужно было спрашивать — и он и так прекрасно видел и понимал реакцию на свои действия.
Ася зажмурилась, надеясь, попыталась свести ноги, чтобы хоть немного вернуть контроль в свои руки, но Тимур крепко сжал ее бедро и еще больше отвел его назад.
— Когда мой язык со «штангой» будет у тебя между ног, Морковка, ты кончишь громко и сладко, и попросишь еще. — На этот раз он прикусил почти до боли, перекатывая шарик по зажатой между зубами коже. А когда разжал челюсть, Асе показалось, что из ее легких откачали весь воздух, а сама она вот-вот задохнется от накатывающих одна за другой волн удовольствия. — Морковка, я жду следующий вопрос.
