– Насколько я поняла, этот Евтеев весьма тесно дружит со многими пороками. В связи с этим я не спешила бы снимать с него подозрения.
– Да, он – очень нечистоплотная личность, – согласился со мной клиент, – но это еще не доказательство его вины. Если бы артефакты лежали на поверхности, он, может быть, их и свистнул бы, но до моего тайника Денис не добрался бы. Дело в том, что за то время, пока он жил у нас в Калиновке, ничего тяжелее мобильного телефона он в руках не держал. Помнится, как-то Арина попросила его прибить гвоздь, чтобы повесить рамку с Сашиной фотографией, так он не только не смог его вбить, как следует, но еще и серьезно поранился.
Представить, как Денис работает ломиком, сначала отрывая от стены рейки, а затем раскурочивая сейф, совершенно невозможно! Он изувечил бы себя до полусмерти еще в самом начале, отрывая рейки, а сейф ему и вовсе оказался бы не по зубам. А уж аккуратно прибивать рейки на место Евтеев бы точно не стал.
Так что ваша версия абсолютно бесперспективна.
– Ну хорошо, вы меня убедили. Кстати, взгляните на это. – Я достала из сумки распечатку с фотографией золотого футляра для молитвослова и протянула ее Степанову. – Знакома вам эта вещица?
Сергей Федорович взял с тумбочки очки в металлической оправе, надел их и, внимательно рассмотрев фотографию, подтвердил:
– Да, это та самая вещь!
– Вы уверены? Может, просто похожа?
– Абсолютно! В правом верхнем углу футляра имеется потертость.
Видите, на фотографии она тоже заметна? Скажите, Татьяна Александровна, откуда у вас этот снимок?
– Не беспокойтесь, не из уголовного дела, а из Интернета. – И я рассказала ему про объявление.
– А что с песочными часами?
– О них у меня нет никаких сведений. Да, вот что еще я выяснила – пока что никакого уголовного дела о незаконном обороте историко-культурных ценностей не возбуждалось.
– А почему же меня тогда вызвали в следственный комитет?
– Вначале я связала это со Скобцовым, но теперь у меня появилась еще одна версия.
Насколько мне известно, существует специальная служба, отслеживающая публикации, в том числе и в Интернете. Думаю, продажа предмета старины, некогда похищенного из музея, не осталась без внимания этой службы.
– Значит, компетентные органы вышли на продавцов? – Степанов вернул мне снимок, и я заметила, как дрожит его рука.
