– Косвенное, – ответила я. – Если вы все сделаете правильно, долг вам простят.
– Мама, о чем это она? – подала голос Ольга.
– Сама пока что не понимаю, – сказала ей Наталья и обратилась ко мне: – Может быть, вы потрудитесь все нам толком объяснить?
– Да, конечно. Ольга Николаевна, это ведь вы узнали от Константина Степанова, что его сестра собирается нанять рабочих для возведения бани, не так ли?
– Не так, – живо возразила Ольга.
– Еще скажите, что вы Костю не знаете! – усмехнулась я.
– Ну, допустим, знаю…
– При чем здесь какая-то баня? – с недоумением спросила Хрекова-старшая.
– Вероятно, это вы, Наталья Ивановна, – продолжила я свою психологическую атаку, – разработали план, как проникнуть в дом Степановых. Ваш план удался, но вот с реализацией предметов старины возникли проблемы. Наумова арестовали, и он начал – по вашему указанию – валить все на Арину Сергеевну Степанову.
Женщины молчали, никак не опровергая и не подтверждая мои слова. Наталья наклонилась к собачке, трущейся о ее ноги, а Ольга задумчиво уставилась в окно.
Я осторожно вынула из сумки фланелевый мешочек и засунула его под диванную подушку. Затем выдернула из-под валика свой «жучок» и бросила его в сумку.
– Хороший план, правда? – усмехнулась Наталья, осознав, что отрицать что-либо бессмысленно.
– Плохой, – возразила я. – Зачем подставлять женщину, которую вы даже толком не знаете и которая ничего дурного вам не сделала? А вместе с ней – и ее отца, порядочнейшего человека…
– Этот порядочный человек позарился на золото и камни! Да за такие цацки он не только меня, но и Колю должен был отмазать! А Степанов пальцем для этого не пошевелил.
– Мой папа в тюрьме от туберкулеза умер, и я его никогда не видела, – вставила Ольга.
– Вот-вот, – подтвердила Наталья. – А его сын разбил сердце моей дочери! А его дочь… эта надменная богатая дамочка просто обязана была ответить за делишки своих родственников! И вообще, она купается в роскоши, в то время как мы с дочерью ютимся в этой убогой квартирке…
– Можете не продолжать, я поняла ход ваших мыслей.
Вы готовы подставлять и использовать всех без разбора. Наумова вы тоже втянули в свои игры – и бросили на произвол судьбы. Думали, он никогда и не при каких обстоятельствах не назовет вашу фамилию?
– А ты что же, жизни меня учить собираешься? Поживи с мое, тогда и рассуждай о добре и зле! – бросила мне в лицо Хрекова. – Вон из моего дома!
– Не кипятитесь так, Наталья Ивановна, поберегите свое здоровье.
