И если на тебя накинулись супостаты, надо защищаться, ибо живительный огонь вдохнул в нас сам господь и не какому-то гаду его гасить.
– Защищаться не значит убить, – поневоле встряла я в диспут.
– Конечно, но батюшка сказал: если, защищаясь, человек избил кого-то, то это хоть и грех, но по любым законам, и божьим, и человечьим, грех простительный. Но не это главное. Пошла я к Богородице, есть у меня любимая икона, с левой стороны висит, Богородица на ней такая умилительная, я всегда, как погляжу на нее, так сразу и заплачу, так вот, я молюсь, и было мне видение… Чего ты ухмыляешься? Я ведь серьезно.
Увидела я мысленным взором белую голубку, летела она под облаками, и вдруг коршун, налетел на нее и стал рвать в клочья. Она кричит жалостливо, а у меня сердце вдруг остановилось и не бьется, и шепчу Богородице: «Спаси и помилуй». И в тот же миг – бабах кто-то из ружья по коршуну, и он с копыт долой, а голубка цела и невредима дальше полетела. А я вроде как очнулась и вижу: в храме я, а Богородица смотрит ласково и вроде как кивает.
Вот тут я и поняла, на что мне господь намекает: избавимся от супостата, самим легче и безусловную пользу всему человечеству принесем.
– Ты, Марья, совершенно спятила, – вздохнула я, удивляясь тому, как все перемешалось в ее бедной голове. – Я категорически запрещаю тебе даже думать об этом, а если еще раз заикнешься… выгоню из дома.
Она обиженно отвернулась, после чего схватила свою тетрадку и отправилась с ней на кухню. А я почувствовала себя совершенно несчастной.
«Завтра пойду в милицию», – пообещала я себе.
Подумала и набрала номер Олега.
– Это я, – сказала я тихо, боясь, что Марья меня услышит. – За нами весь день следят.
– Меня это ничуть не удивляет, – порадовал меня Олег. – Ты в опасности и…
– Так сделай что-нибудь, – не удержалась я."
"На следующее утро мы отправились в милицию. Олег клятвенно заверил, что меня выслушают и примут меры. Меня действительно выслушали, молодой человек, звали его Николай Сергеевич Сухарев, встретил нас ласково, чему способствовал тот факт, что они с Олегом были давними приятелями, то ли в одной школе учились, то ли в одном доме жили.
Я подробно изложила свою проблему: муж отказывается от развода, подсылает ко мне каких-то типов, грозит, а теперь еще устроил слежку. Разумеется, и о «Жигулях» рассказала, которые нас едва не сбили. Парень слушал и мрачнел на глазах, не оттого, что очень переживал за меня, а оттого, как выяснилось, что помочь ничем не мог, но сознаться в этом не хотел.
