Как же меня угораздило свалиться?
Но и эта мысль меня занимала недолго, очень хотелось знать, кто бултыхается по соседству. Я повернула голову и обнаружила Георгия, совершенно данному обстоятельству не удивляясь. Он не спеша двигал к берегу и тянул меня за собой, точно на буксире.
Нащупав дно ногами, я встала и вновь откашлялась, откинула с лица мокрые волосы и взглянула на своего спасителя. Не знаю, как выглядела я, а он смотрелся героем. Улыбался и даже подмигнул мне, но на большую благодарность он рассчитывал зря.
Я вышла на берег, игнорируя его, он тоже выбрался, снял ботинки и вылил из них воду.
– Как дела? – спросил он ласково.
– Скверно. Я сама с моста свалилась или вы помогли?
– Не я. Очень юркий паренек, что вертелся рядом с тобой. Надеюсь, Витя его перехватит, и мы с ним побеседуем."
"– Чего это вы мне тыкаете? – скривилась я.
– Извини, – широко улыбнулся он.
Я устроилась на зеленой травке. Неподалеку проходило шоссе, и граждане, проезжающие мимо, увлеченно разглядывали нас. Надеюсь, мы украсили собой пейзаж.
Георгий тоже устроился рядом. Я молчала, и он молчал. Очень хотелось встать и убраться восвояси, но сил на это не было.
– Детка, – изрек он по прошествии некоторого времени, – я понимаю, что сейчас не самое лучшее время, но… по-моему, нам есть о чем поговорить.
– Я тебе не детка, и вообще, катись отсюда.
– Грубо, – с притворной обидой поморщился он. – Ты нуждаешься в друзьях, это очевидно.
– И ты, конечно, друг?
– Разве не похож? – заметил он с печалью.
– Не-а.
Откуда мне знать, может, ты меня с моста и скинул, а теперь дурака валяешь.
Я легла и закрыла глаза. На меня вдруг накатило странное безразличие, даже мысль о том, что меня действительно пытались убить, особенно не занимала меня. Солнце жарило вовсю, а я все никак не могла согреться и зябко ежилась.
– Здесь неподалеку моя машина, – напомнил о себе Георгий. – Я бы хотел показать тебя врачу. К тому же ты озябла.
– Ты еще здесь? – спросила в ответ я.
– Чем я тебе так упорно не нравлюсь? – разозлился он.
– На этот счет я уже высказалась и повторяться не буду. Оставь меня в покое, не то я закричу.
Тут одна из проезжающих машин остановилась, и в поле нашего зрения возник морячок.
– Ушел, гад, – сообщил он, досадливо морщась. – Двор оказался проходным.
– Как жаль, – усмехнулась я, а морячок вдруг обиделся.
– Между прочим, я в этом городе чуть больше недели и все ваши подворотни знать не обязан. Его кто-то на тачке ждал, не то бы я его перехватил.
