– Или сделаешь вид?
– Сделаю вид, ну раз тебе так горит.
– Щука в Италии, ты, наверное, слышала. У него все отлично. Знаешь, что я поняла? У сволочей всегда все отлично. Анжелка в Москве, вышла замуж за богатого папика. За нее волноваться не стоило. Мишку Собачника три года назад похоронили, онкология. С Кристинкой они развелись. Кристинка тут, в Энске, у нее на рынке два ларька с нижним бельем, возит из Кореи, говорят, качественное. Ну ты помнишь – она всегда была хваткой.
Васю Чечена тоже похоронили вместе с женой лет восемь назад.
Авария."
"Петька пропал. Жив, помер – никто не знает. Пропал как не было. Может, уехал. – Помолчав, Марина вздохнула. – Ну и мой Серега на кладбище. Наркотики. Подсел, когда с Геркой случилось. Сначала так, понемногу. А потом… Я долго терпела. Боролась. Но все бесполезно. Последние пару лет человека не было, понимаешь? Был Серега – и нет! В животное превратился. Ну я и ушла. Кстати, Герке он помогал! Пока деньги были – помогал, а потом просил, чтобы я. А на что, Вера? Я сама инвалид.
Вот такие дела. Знаешь, раньше я тебя предательницей считала. Ну, из-за Герки. Мне казалось, что ты его любила, а потом сбежала. Я тогда тебя презирала. А потом поняла – ты спасалась. И, вижу, спаслась. Я права?
– Права, – кивнула Вера. – И да, любила. И в этом ты права. Извини, я пойду! Прости, Марин, дела.
Марина кивнула, а Вера быстро пошла к выходу.
Шла и думала: «Только бы не разреветься! Только бы дойти до машины! Только бы… снова сбежать».
– Ну все, с чистой совестью едем обедать.
Ну да, прощальный обед, Максим! Какую вы кухню предпочитаете?
Макс в расход Веру не ввел, все оказалось максимально просто – пиццерия.
– Пиццерия так пиццерия. Ну что, пошли набирать килограммы!
Пиццерия была сделана под аутентичную – белые с красным скатерки, деревянные стулья и настоящая печка для пиццы. Да и сама пицца, и кофе, и клубничная панакота оказались вполне.
Макс был доволен, что Вере, столичной штучке, понравилось:
– Вот видите, тут у нас, в нашем медвежьем углу, есть приличные места.
На вопрос, не собирается ли он уезжать из Энска, Макс ответил, что нет. Потому что любит этот городишко, любит озеро, на котором вырос, дом в деревне, где жила его бабушка, лес, в котором знает все грибные места, речку, в которой еще есть раки!
– Да-да, не все загадили – отличные крупные раки! И рыба есть, ну так, рыбешка, но на ушицу вполне! И друзья, между прочим. И родители. Жить с ними сложно, но куда деваться.
