Запила водой – слава богу, пока не отключили.
Через полчаса стало полегче, температура начала падать. Майка и брюки сделались мокрыми, хоть выжимай.
Лина скинула одежду и укрылась одеялом. «Как там мои? Наверное, сходят с ума. Да нет, вряд ли. Мама в санатории, а Катька…» Дочка и не заметит ее отсутствия! И внуки не заметят, им не до нее.
Ужасно хотелось пить, но встать не было сил, вспомнила, что не закрыла входную дверь, ну и черт с ней, кто к ней полезет? Для зимних воров и бомжей рановато, те объявляются в первые заморозки.
Соседей поблизости нет, только через дорогу, но идти к ним сил нет.
Она уснула как убитая тяжелым и выморочным сном. Просыпалась и снова проваливалась, а сил не прибавилось.
Проснулась от стука входной двери – господи, кого принесло? Дай бог, чтобы соседей! Тогда она спасена. Позвонит своим, и ее заберут. Сегодня или… завтра, с них станется.
Послышались голоса, и Лина испуганно приподнялась на постели. Дверь распахнулась и на пороге появились перепуганная дочка и внук.
– Ма-а-ам! – закричала Катя. – Ты жива?
– Почти.
– А что с телефоном?
– Промок. – Лина закашлялась. – Кать, спасибо, что вы хватились. Я тут… болею. – Лина тихо заплакала.
Катька потрогала ее лоб и бросила сыну:
– Ну что ты стоишь? Собирай вещи, а я одену бабушку! Ой, мам! Ну ты как всегда!
– Ты на такси?
– На водителе, – буркнула Катька, – Игорь дал машину с водителем.
– Вы помирились? – спросила Лина.
– Да неужели! – усмехнулась дочь.
– Прибежал как миленький! Еще и прощения попросил! Ой, мам, мужики такие придурки!
Уселись в машину, и Лина чуть успокоилась. Тихая смерть в одиночестве, кажется, отменилась.
– Ой, мам, – воскликнула дочка, – забыла сказать. Тебе тут посылку принесли. Прости, мы открыли. А там, мам, картина. Цветы. Кажется, розы. Короче, мазня. А на обратной стороне надпись по-английски: «Твой сад тебя ждет». Какой сад, мам? И вообще, что это? Мам, у тебя появился поклонник?
Лина молчала.
Поклонник. Можно сказать и так. А можно и по-другому. Например, любимый человек.
«Теперь все будет хорошо, – твердила она про себя. – Теперь уж точно все будет прекрасно»."
"Как странно – еще вчера ей было так плохо, что она чувствовала себя самой несчастной, самой одинокой и никому не нужной. А сегодня, спустя каких-то несколько часов, оказалось, что она очень даже нужна. Дочке нужна. Внукам. И еще Уильяму.
