Вода и пламень, стекло и камень – все это про них.
Но поженились и даже прожили тринадцать лет – чудеса! И, кстати, если бы мама не собрала чемодан, если бы не проявила решительность, вполне вероятно, что несчастливый брак их тянулся бы до бесконечности. Если в этом вопросе есть бесконечность.
Маме надоели вранье, запах женских духов, следы чужой помады на ею же открахмаленной и тщательно отглаженной рубашке. И ее можно было понять.
Лина думала, что принять такое решение маме было непросто – случай трудный: с одной стороны – абсолютное презрение и неуважение к человеку, а с другой – любовь.
Своего непутевого мужа Тамара Андреевна все-таки любила.
В молодости Линина мама была довольно хорошенькой, но, скорее, обыкновенной, что называется, без изюминки. Ну да, стройная фигурка, а у кого в молодости ее нет? Темные глаза, русые волосы, неплохие черты лица. Но, как говорил папаша, перца в ней не хватало. Была она сухой, сдержанной, молчаливой и строгой. Отец же – веселый, остроумный, живой, готовый, по его же словам, на любой кипиш, кроме голодовки.
Словом, полная противоположность.
Жизнь у него была неплохая, в провинциальных гастролях он находил вполне понятное удовольствие и, главное, свободу от суровой жены, распускал хвост, острил, требовал в ресторанах бифштекс с кровью, когда растерянные официантки предлагали рубленые котлеты, любил коньячок, пил его по правилам, закусывая долькой лимона, – в общем, жизнь свою прожигал и наслаждался ею в полную силу, поэтому был доволен, весел и счастлив.
Кстати, с гастролей всегда привозил подарки. Отдельно Лине, отдельно в дом и жене. Обустраивать дом обожал. Тащил тяжеленные бра, громоздкие вазы, сервизы, кастрюли и сковородки – все, чего не было в столице и что можно было спокойно купить в провинции. К тому же важных гостей иногда заводили в распределители. Именно из партийных распределителей и привозил он импортные джерсовые костюмы, удобную обувь для мамы, платья и обувь для Лины, дефицитные консервы и сухую колбасу, вишневые и персиковые компоты, которые дочка обожала.
Отец был покупателем и приобретателем по рождению. Девиз – «чтобы в доме все было!». И, надо сказать, этому девизу он следовал неукоснительно. Добытчик! Но маму раздражало и это. И включалась пила:
– На черта нам это нужно, ты открой Линкин шкаф! Зачем мне третьи выходные туфли, куда я хожу? На какой ляд десять банок тушенки, кто ее ест?
Ну и так далее. Отец обижался, но мама не останавливалась, вовремя остановиться она не умела.
