Замок обычный. Вместо охранной сигналки только убойной силы заклинание. Как же хорошо! Поглощаю, втягивая силу в амулет на груди, и сигнал магу не идет. Как же он так опростоволосился? Уверен в собственной неуязвимости? Ну-ну!
Открыла, скользнула вовнутрь. Теперь не торопясь, так же тихонько закрыть и вернуть заклинание на место. Древний должен зайти сюда абсолютно уверенным, что все идет так, как он хочет. Спокойно, я все помню, все получится.
Довольно много времени у меня ушло на то, чтобы воспроизвести заклинание в точности, и только потом я повернулась к залу лицом и прислушалась.
Так, в клетках пять крупных хищников и еще в одной магически измененное существо. Освещение плохое. Так хочется кинуться на поиски. Тревога буквально разъедает тело и душу, но нельзя. Жак всегда говорил нам, что, двигаясь вперед, нужно быть точно уверенным, что позади ты никого не оставил. Проверить. Нужно проверить этого магически измененного. Закрыт ли он в клетке, как все остальные.
Убить сразу его нельзя, ведь от него отходит хорошо различимая магическим зрением связующая нить. Он в полном подчинении мага, и, если его убить, нить разорвется, а мага беспокоить нельзя.
Клетки. Монстрик спит. Хорошо. Аккуратно закрываем. Чуточку магии, чтобы сам не смог открыть. Все. Животные заволновались. Новый для них запах тревожит. Но к утру притерпятся, успокоятся.
Вижу! О богиня Лаура! Вижу и с трудом сдерживаю крик.
Принц Кристиан
Тихо. Как же тихо. Не бормочет безумный маг, не рычат животные, не кричат, только постанывают его жертвы.
Ночь. Она приближает новый день. Как же тяжело. Мне кажется, что наблюдать за мучениями друга и ждать своей очереди тяжелее, чем испытывать их самому.
Время идет. Почему-то заволновались в клетках животные. Зазвенели цепи прикованных рядом близнецов, затем тихо, на грани слышимости, прозвучал шепот одного из них:
— Лин. Сестренка. Пришла.
А из темноты совершенно беззвучно в нашу сторону двигалась стройная темная фигурка.
Как только она попала под свет тусклых огоньков, я понял, что он не ошибся. Наши глаза встретились, и, рванувшись, она буквально приникла к моим ногам, плача и шепча:
— Миленькие мои. Потерпите немножко. Сейчас отпущу. Отдохнете."
"Мои оковы щелкнули, и при поддержке Айвенлин я сполз вдоль стены на пол. Ноги не держат, и пришлось просто лечь. Легонько прикоснувшись поцелуем к моим потрескавшимся губам, Лин поспешила к братьям.
