Вокруг нас стаей кружила мелкая надоедливая мошкара. Деревень вокруг давно не было видно. Дорога шла по насыпи, по обеим сторонам которой тянулись болота. В лунном свете поблескивала вода. Перепрыгивали с кочки на кочку лягушки, шелестела листва на редких кустарниках. Как мертвые костлявые руки, возвышались над унылым пейзажем засохшие деревья.
— Долго еще? — спросила я.
Глаза закрывались от усталости, в седле я еле держалась.
— Видишь огни впереди? — спросил Дэниел. — Это Тилис. Переправимся через реку и, считай, приехали.
Потерпи, немного осталось.
Огни, если присмотреться, и правда можно было рассмотреть.
— Ага… спасибо.
— Дэн, сделай что-нибудь с этими мелкими кровососами! — раздался капризный голос Эллины. — Уже сил терпеть никаких нет!
— Ох уж эти женщины, — вздохнул маг.
Я почувствовала дуновение свежего ветерка, а затем вся мошкара куда-то испарилась.
— Где мы все же? — ни к кому конкретно не обращаясь, пробормотала я.
— А сама не догадалась? Тилисские болота, — как-то зло усмехнулся Шейран.
— Совсем ничего в географии не смыслишь?
Чего это он? Вроде злиться на меня не за что, весь день я вела себя тихо, как мышка.
— Деревенщина! — фыркнула Эллина.
— Как некоторые, в Академиях не обучалась! — не удержавшись, огрызнулась я.
К счастью, мою реплику спутники оставили без внимания. Я сейчас была не в том состоянии, чтобы выдержать очередную словесную баталию с Фертом и компанией. Мне вообще с виконтом лучше разговаривать как можно реже. Не обижаться надо, что Шейран меня игнорирует, а, наоборот, радоваться.
И все же стыдно-то как! Шейран прав, могла бы и догадаться, где мы находимся. Город посередине пути между Артанией и Ниарисом — Тилис. Река, на которой этот перевалочный пункт расположен, — Тилисия. Сам город стоит на высоком берегу, а низкий берег покрывают знаменитые Тилисские топи… Мне преподавали географию Рианской Империи, вот только давно это было. Иногда кажется, в другой жизни.
Огни впереди стали ярче, уже можно было различить очертания горбатого моста, перекинутого через реку.
По бокам дороги потянулись жалкие, возвышающиеся на сваях лачуги. Это был не город и даже не его предместья, а заброшенная деревушка. Место мрачное, зловещее и пребывающее в сильном запустении, — просевшие крыши, покосившиеся и обвалившиеся стены — гнетущее зрелище. Лишь у самого моста, к своему удивлению, я заметила вполне крепкое, тоже стоящее на сваях, двухэтажное здание трактира.
