Поднимаемся на лифте, как и в прошлый, только в этот раз не на десятый, а на двенадцатый этаж.
— Ты скупил все квартиры в этом доме? — не удерживаюсь от шпильки, — Рада за тебя.
— Я ее снял для тебя.
Выходим на просторной лестничной площадке и направляемся к одной из двух дверей.
— Зачем в этом же доме? В этом не было необходимости...
— В этом была необходимость, — перебивает чуть раздраженно, — Давай, ты не будешь со мной спорить.
— Сомнительное удовольствие жить с тобой по соседству.
Пропустив меня в квартиру первой, заходит следом.
Остановившись напротив зеркала в прихожей, встречаюсь глазами сама с собой. В них растерянность и косвенные признаки бушующего внутри урагана.
В груди гром и молния, а я никогда не знала точно, люблю или боюсь грозу. Сейчас чувствую то же самое — никак не могу разобраться в природе своих чувств. Они ужасают и будоражат одновременно.
— Если думаешь, что я стану навязывать тебе свое присутствие, то ты ошибаешься, Наташа. Не буду.
Скинув обувь, я прохожу вглубь квартиры.
Почти ничего не вижу из-за мутной пелены в глазах. Слышу шелест одежды и тихие шаги за спиной.
— Выбор квартиры был обусловлен прежде всего удобством и вопросом безопасности.
— Безопасности? — отзываюсь глухо, отодвигая белоснежную занавеску, чтобы посмотреть на вид из окна, — Бред. При чем тут моя безопасность? Мне ничего не угрожает.
— Я про ребенка."
"— Ему тоже, — мгновенно вспылив, оглядываюсь через плечо, — Ты думаешь, я не в состоянии позаботиться о нем сама?! Без тебя все было прекрасно!.
..
— И было бы ещё прекраснее, если бы я знал с самого начала! — отбивает резко.
Удерживая его решительный тяжелый взгляд, изо всех сил стараюсь не спасовать. Это чертовски трудно, учитывая, какое влияние он все ещё имеет на меня.
Все мое существо тянется к нему, и даже малыш, кажется, это чувствует. Совершив кульбит в животе, разрывает нашу с его отцом зрительную сцепку. Я опускаю глаза и отворачиваюсь.
— Есть возможность наблюдаться у лучшего врача, который потом примет роды.
— Нет.
— Гайка...
— Хватит, Ром!... Чего ты от меня хочешь?! — восклицаю, чувствуя, что голос вот-вот надломится, — Я отправила тебе все справки, заключения и результаты обследований...
— Я видел. Спасибо.
— Ты поселил меня у себя под боком, вынуждаешь поменять врача. Дальше что? Будешь отслеживать мое питание?
— Не исключено, — отзывается невозмутимо.
— Зачем?... Зачем тебе это все? Ты же не хотел детей.
— Я такого не говорил.
