— Нужно было ознакомиться со списком участников перед началом форума.
— И отказаться от предложения Иды из-за Березовского? Нет уж.
— Это правильно."
"Опомнившись, нахожу и подаю Денису штопор и бокал. Для себя наливаю воды в стакан и усаживаюсь в кресло напротив. Подхватив с тарелки крохотную тарталетку, отправляю ее в рот. Денис, откупоривая вино, за мной наблюдает.
Перехватив его взгляд, я улыбаюсь так, что он ни за что не догадается, какой шторм я только что пережила.
— Когда ты скажешь ему о беременности?
Поправив разошедшиеся в стороны полы халата, я неопределенно веду плечом и делаю глоток воды, который встает в горле колючим комком.
— Сразу после развода.
— Он может затянуться, — замечает Ден резонно.
Я не хочу об этом думать, но и не думать совсем тоже не могу. Рано или поздно, до развода или после, Рома узнает и тогда мне предстоит ответить, почему молчала так долго. Эти мысли терзают ночами и не дают спать. Каждый раз, когда малыш напоминает о себе пока ещё слабыми шевелениями, в мое сердце приходится укол вины.
Я обязана ему сообщить, но пока не представляю, как справлюсь с его реакцией, какой бы они ни была.
— Расскажу скоро.
— Думаешь, он обрадуется? — налив вина, он салютует мне бокалом и выпивает все одним махом.
— Надеюсь, что нет, — мямлю тихо, воспроизводя в памяти образ той девушки.
За ребрами начинает ворочаться хорошо знакомое едкое чувство. Кто она?... Наверняка из ближайшего окружения, если называет его Ромой.
— Вообще-то, ему сейчас на руку наличие жены и ребенка.
Про тот скандал с Ильяной через пару месяцев никто не вспомнит, а вот репутация добропорядочного семьянина...
— Подожди! — перебиваю не слишком деликатно, — Хочешь сказать, он будет использовать меня и моего ребенка в своих целях? Как когда-то эту?...
— Я не знаю, Наташ! Это всего лишь предположение.
— Пусть только попробует!... Он охренеет от того, на что я способна!...
В этот момент в дверь громко стучат. Переглянувшись, застываем, как застигнутые на месте преступления. Скользнувший по моим обнаженным ногам морозец забирается под халат и усеивает кожу колючими мурашками.
Щеки опаляет жаром.
Это не кто-то из персонала. Это Березовский. От его энергетики трещит в ушах.
— Гайка! Открывай!... — несдержанный удар по дверному полотну, — Я всё равно войду!
Глава 11. Наташа
— Чёрт тебя дери, гений, — шепчу, потуже затягивая пояс на халате. Руки лихорадочно кружат вокруг лица: приглаживают волосы, касаются горящих щек, потирают их с досадой.
