— Интересное после началось! Это мне рассказывала жена Мельникова… в общем, Анатолий Сергеевич не остался ночевать у тещи, вызвал своего личного водителя, Кирилла, и собрался ехать домой. А в этот момент по радио передают сообщение… о смерти Бармина! По схеме — «Ерема, баба, свежевыстриженный затылок»! Бармин был убит в ночном клубе «Еремей» выстрелом в затылок в тот момент, когда он… простите… трахал танцовщицу из этого клуба! И все это «предсказал» полудурок из двенадцатой квартиры, который, кстати, никак не мог знать, что Бармин только что подстригся — потому что Алексей Николаевич все время сидел в салоне мельниковского «мерина» и никуда не выходил, а у «мерина» — тонированные стекла!!
— Странные совпадения, — озадаченно сказала я.
— Быть может, Гамлет Бабкенович, вам стоило бы поинтересоваться у вашего соседа, каким образом он получает столь точную информацию о том, кто и при каких обстоятельствах погибнет?
— Это мне пришло в голову сразу же после того, как двое моих друзей отправились на тот свет, — время от времени срывающимся на визг резким голосом проговорил Гамлет.
— Я собрался потрясти этого урода. Послал своих ребят к нему на квартиру. Правда, этого типа с лампой в квартире не оказалось. Я сидел дома. Весь на нервах! Это было около недели назад, то есть спустя считаные дни после смерти Бармина и Мельникова. Да какие там считаные! Два или три дня прошло! Так вот, сижу я дома и дергаюсь. А по телевизору, как на заказ, один за другим сводки о гибели моих друзей! Черт знает что!! И тут — звонок…
— Звонок, — машинально повторил психоаналитик Кругляшов.
— Я беру трубку, — продолжал Маркарян. — Звонил один из моих людей, Карасев. Я его зову просто Карась, хотя он и обижается. Дескать, мелкокалиберная кликуха какая-то. Но это неважно. Карасев мне и говорит: видел он, как этот дурачок с лампой зашел в какой-то подъезд. Лампа, кстати, была при нем. Он ее везде с собой таскает! Карасев, значит, «пасет» его возле этого подъезда. Я хотел было приказать, чтобы он ждал дурачка до упора, до тех пор, пока тот из подъезда не выйдет.
И тут мне Карасев говорит, что дурень с лампой выходит из подъезда и что он сейчас его перехватит! И тогда ему кранты, он из него всю подноготную выбьет, вместе с ногтями.
— Понятно, — мрачно сказала я. — И вы стали ждать нового звонка вашего Карасева, чтобы узнать, что тому удалось выбить из парня с лампой.
— Да! Стал. Не дождался! Сам начал перезванивать. И никто не отвечал! Я стал тревожиться.
