Действительно, это поражает. А ты… ты ведь тоже должна его чувствовать?
— Да. Немного. Он слышит и ощущает меня гораздо острее. Особенно после того, как его… как с ним… Этот ублюдок Кругляшов пытал его светом и жуткими препаратами, ломающими волю. Хотели узнать номера счетов… и вообще… Сережа у многих вызывал злобу. У него был блестящий интеллект! С тех пор как он превратился в этого Аладьина, он боялся электрического света… и с тех пор он стал чувствовать меня так, как будто в него впихнули еще и мои собственные ощущения.
Я, например, чувствую боль как-то ослабленно, как бы приглушенно. Я подозреваю… не знаю, как это получается, но мне кажется, что он часть моей боли берет на себя. Поэтому… поэтому все… вот так.
— Значит, Кругляшов…
— На Кругляшова я наткнулась совершенно случайно, — сказала Аня. — Мне не спалось в ту ночь, и я бродила по городу. И столкнулась с ним. Я же говорю, есть бог на свете! Особенно если учесть, что я встретила его под щитом «Короля Лира», гипермаркета, который принадлежит вот этому козлу…
Она кивнула на Маркаряна.
— Да, — сказала я. — Все сходится. Киллер выехал на задание, а вместо этого устроил вендетту по личным соображениям. Близость родных мест встряхнула старые воспоминания и растравила старые обиды. Наверное, именно из-за этих отклонений от задания у вас и возникли неприятности. Так?
— Так, — сказал Вова Крамер. — Наверно, прослышал наш гражданин Рюмин, что мы тут беспредел творим, и прислал своих людей. Только по ряду причин, то смешных, то печальных, им не удалось нас достать.
Сегодняшние ребята, те, на дороге, из рюминской команды.
— Да, я уже давно подозревала, что ты очень непрост, Вова, — сказала я. — Кстати, а какую роль сыграл во всем этом гражданин Бессонов?
— А, этот? Он обеспечивал прибытие Пугачева. Конечно, он не знал, для чего. Но, наверное, предполагал. Имен исполнителей ему, конечно, не говорили. Мотивов «зачистки», конечно, я не знаю. Я ведь только винтик во всей этой системе, — сказала Аня. — Разумеется, меня и Крамера собираются теперь убрать.
Все-таки напачкала я тут, в Тарасове, много, и теперь нужно все это подчистить.
— Понятно. Последний вопрос. После того как ты взорвала бассейн, ты, именно ты подкинула дистанционный взрыватель ко мне в сумочку? Нет, я понимаю, знаю — ты. Зачем?
Она ответила без промедления. Жестко и решительно:
— Потому что ты была новым телохранителем Маркаряна-младшего. Часть подозрения ложилась и на него… ну и вообще… я тогда думала вовсе не о тебе.
