В Уэссексе существовало всего три уровня различия, согласно которым устанавливался вергельд: двенадцать сотен шиллингов за короля и членов его семьи, шестьсот шиллингов за особ знатного происхождения и двести шиллингов за керлов. Рабы вовсе не имели вергельда, но их стоимость была приравнена к восьми головам рогатого скота."
"Кристен знала все это благодаря Иде. Ей было известно, что полный вергельд выплачивался за убийство, а меньшие суммы - за нанесение телесных повреждений. Более того, согласно закону, за определенные увечья устанавливалась определенная сумма.
Кристен подумала, что за сломанное ребро, которое на какое-то время ограничивает возможности пострадавшего, придется заплатить довольно приличную сумму, как и говорил Ройс, особенно учитывая, что размер полного вергельда для дворян был установлен в шестьсот шиллингов, а большинству людей эта сумма могла показаться баснословной.
И тут до Кристен дошло, что Ройс вовсе не был раздосадован из-за того, что ему придется платить этот штраф.
Он разозлился потому, что она так презрительно отнеслась к той заботе, которую он проявил о ней. А теперь еще он говорит, что лично проследит за тем, чтобы Рэндвульф так легко не отделался. Тем самым он дает ей понять, что отомстит за нее. Кому еще из тех, кого она знала, даже среди своих собственных соплеменников, пришло бы в голову мстить за раба? Господи, ну почему этот человек не может быть последовательным? Почему он заставляет ее чувствовать себя то самой последней из своих слуг, то самой любимой и желанной женщиной в мире?
Кристен опустила глаза, раскаиваясь в том, что была так груба с ним.
– Я ценю то, что ты собираешься сделать для Меня, но это совершенно излишне. Как я уже говорила, никакого вреда…
Ей не удалось закончить. Два молодых, взбудораженных раба вбежали в зал с криком, что прибыл король. При этом известии Ройс поспешно направился к дверям и, казалось, мгновенно забыл о существовании Кристен. Но это было не так. Он обернулся и позвал Иду.
– Сними с нее кандалы, Ида. - Потом, повернувшись к Кристен и устремив на нее пристальный взгляд, тихо добавил:
– Мы должны заключить уговор, ты и я, но сейчас у меня нет времени. Ради всего святого, женщина, веди себя хорошо.
Кристен смотрела, как он быстро направился к дверям. Она увидела, как леди Дарель поспешно догнала его и стала что-то говорить, но он лишь махнул рукой, приказывая ей замолчать, и не сбавил шага, так что она едва поспевала за ним.
