Он принялся нажимать на кнопки, но только все больше раздражался и краснел.
– Что за чертовщина! – воскликнул он наконец. – Ни один номер не соединяется! Никогда такого не бывало!
Гуров достал свой телефон, попытался вызвать Крячко. Однако абонент был недоступен. Предчувствуя худшее, Гуров попробовал еще несколько номеров – все напрасно.
– Ясно, – сказал он. – На судне имеется установка, блокирующая сотовую связь. Велес привел ее в действие. Судя по всему, теперь он будет решать, что с нами со всеми делать.
– В каком смысле? – подозрительно спросил Подушкин.
– В том, – сказал Гуров, – что ему нужно со мной расправиться, а с вами договориться. Думаю, второе у него получится. Ведь я испортил всем отдых. Но с первым будет посложнее. Ему нужно избавиться от меня как можно незаметнее, без шума, а я этого не допущу.
– А что собираетесь предпринять вы? – насупившись, спросил Подушкин. Спесь с него немного слетела, и он как-то незаметно перешел на «вы».
– Каждому овощу свое время, – твердо ответил Гуров.
– Нужно все хорошенько обдумать.
– Так давайте думайте побыстрее! Драгоценное время уходит. Я не собираюсь проводить выходные дни взаперти в компании мента и проститутки. И предупреждаю, если моей репутации будет нанесен ущерб, ответите за это вы!
– Я так и думал, – спокойно произнес Гуров. – В этом конфликте интересов вы всегда будете заодно с Велесом. Но конец будет не тот, на который вы надеетесь…
– О чем это вы?
– Мне не нужная здесь пятая колонна, – объяснил Гуров. – Поэтому, чтобы вы не мешали мне работать, я все-таки запру вас в ванной комнате.
Ничего с вами не случится, займитесь вплотную гигиеной…
Несмотря на сопротивление, Гуров заломил депутату руку и затолкал его в ванную. Замок на двери позволял надежно запереть ее снаружи.
– Он тебе этого не простит, красавчик! – восхищенно сказала Маша. – Знаешь, какие они все злопамятные?
– Речь сейчас не о нем, – озабоченно ответил Гуров. – Речь сейчас о нас с тобой, Маша!
Глава 16
К вечеру «Олимпия» уже миновала все каналы и вышла на простор великой Волги.
Весь день Гуров провел в добровольном заточении, в обществе известного депутата и не известной никому девушки, в совершенстве овладевшей самой древней профессией. Компания не слишком вдохновляющая, но выбора у Гурова не оставалось. Кроме того, у него отсутствовала связь со своими. Сначала Гуров ломал голову, каким образом ему выйти из создавшегося положения, но потом бросил это и перешел на «режим выжидания».
