Они выдержали почти вертикальный удар ножа, и лезвие прошло не внутрь груди, а только в мощную грудную мышцу бывшего борца.
– Ну и сволочь же он... – прохрипел Везирхан, не от ранения, а только от обиды теряя голос. – Он срывался уже. На одной руке висел, и камни под пальцами уже сыпались. Упал бы и разбился... Я его за шиворот вытащил. Он на четвереньки встал, дыхание перевел, потом поднялся – и ножом меня...
– Будь благодарен, что он тебя не пристрелил раненного, – сказал Гризадубов. – Он узнал тебя? Ты представился?
– Нет.
.. Не успел. Я бегом к нему бежал... Спасти старался... Потом дыхание переводил. Ничего сказать не успел...
– Он тебя за одного из нижних принял, – предположил Алексей Викторович. – Если бы узнал, то прикончил бы... Но ничего, скоро познакомится.
– Где он? – Эмир прижал к ране бактерицидный тампон, предложенный Алексеем Викторовичем; боец джамаата помог ему снять куртку, а подполковник начал делать перевязку.
– За ним погнались. Догонят и приведут.
..
– Его еще найти нужно.
– Тепловизор его нашел. Уже нашел... И его уже догоняют.
– С ним еще справиться нужно.
– Эти ребята справятся...
– Справимся, товарищ подполковник, – ответил через «подснежник» лейтенант Красников.
* * *"
"Подполковник Гризадубов не зря был уверен в своих офицерах. Он сам готовил их. И знал способности того и другого. Оба бежали легко, несмотря на тяжесть бронежилетов, но у «крапового» капитана тяжесть на плечах была не меньшая. К тому же бронежилет так не мешал бегу, как мешали два рюкзака – со спины и спереди.
Конечно, эти рюкзаки тоже выполняли роль бронежилета. И стоили, наверное, как бронежилеты для всего отряда капитана Валтузина, и потому капитан не желал с ними расстаться. Но он и без них не смог бы убежать от спецназовцев, и сам понимал это, потому что в марше группы Гризадубова участие принимал и имел возможность сравнить свои силы с силами преследователей. А преследователей он уже обнаружил. Капитан убегал, часто оглядываясь, словно ждал, что за ним будут гнаться.
И, в очередной раз оглянувшись, заметил пару спецназовцев, уже вдвое сокративших дистанцию. Он даже попытался вскинуть автомат, что вызвало ответную реакцию. Капитан был неуклюж в своих рюкзаках, и никак не мог прижать приклад к плечу, в то время как старший лейтенант Луговкин, у которого винтовка висела на коротком ремне на шее, одним движением поднял оружие, прижал прицел к глазу и выстрелил.
