Дурново подмахнёт не глядя, и тут же забудет. Его интерсуют только политические преступления и те, где замешаны громкие фамилии.
– Очень хорошо. Я пришлю к тебе Сенаторова. Помнишь его? Который застрелил Чулошникова в восемьдесят третьем, буфтчика из «Трёх Иванов».
– И чуть уха при этом не лишился? Помню молодца. Пусть приходит завтра к открытию присутствия. Где проживает твой Панюхин?
– В Коломне, на углу Могилёвской и Садовой.
– Так. До четырёх я занят, а после загляну в сыскное к Виноградову. Он мой старый должник, ещё по расследованию убийства Макова.
Визиту не обрадуется, но скажет всё, что знает.
Павел Афанасьевич не ошибся. Начальник петербургской сыскной полиции Виноградов при виде редкого гостя напрягся. Он встал, положил на стол крепко сжатые кулаки и спросил, глядя в сторону:
– Что на этот раз?
– Меня интересует, нет ли у вас чего на штабс-капитана Панюхина из Военного министерства.
– И только? – недоверчиво спросил главный столичный сыщик.
– И только.
– Панюхин, Панюхин… Не помню такую фамилию.
В какой части он проживает?
– В Коломенской.
– Я наведу справку и пришлю вашему превосходительству. А в чём провинился штабс?
– Так… агентурные сведения. Имеет крупные суммы, не подтверждённые законным доходом. Возможно, шулер?
– Проверим, Павел Афанасьевич! – бодро заявил Виноградов. – Наизнанку вывернем, ничего не утаим. Чайку не соблаговолите?
– Спасибо, Иван Александрович, уже пил. Так я смею надеяться?
– И очень скоро, Павел Афанасьевич. Ваши просьбы для меня закон!
– Премного обязан вашему высокородию.
К удивлению Благово, утром следующего дня сыщик приехал к нему сам. Пролез боком в кабинет, сел на краешек стула и сказал, оглянувшись на дверь:
– А нельзя ли, ваше превосходительство, чуть поподробнее… насчёт агентурных сведений?
– Что такое, Иван Александрович? Зацепка какая есть?
– Не понимаю ещё, зацепка или не зацепка, но что-то в вашем штабс-капитане не так. Мутный он. Вы уж откройте, что сможете. А то возьмут голубчика на громком деле, а мне потом градоначальник фитиль вставит.
За то, что департамент его открыл, а не я.
– Иван Александрович. Вам известно, что у меня очень хорошие отношения с Военным министерством?
– У вас, Павел Афанасьевич, хорошие отношения повсюду. Умный человек сеет друзей, а глупый – врагов."
"– Так вот, они подозревают Панюхина в мздоимстве. Вот, взгляните: письмо Ванновского с просьбой взять его в разработку. Дружка имеет в Интендантском управлении; вместе гуляют.
