Заведуя одной из ведущих лабораторий НИИ практической геронтологии, он создал ряд электронных устройств и разработал несколько фармацевтических препаратов, которые способствуют омоложению человеческого организма и продлению жизни. На следующей неделе должна была бы состояться презентация его новой разработки, которую сам Береженников назвал генератором бессмертия. Но вчера он самым непостижимым образом исчез. После обеда вышел прогуляться по Артамошину скверу, соседнему с его домом, и больше его уже никто не видел.
Жена, родственники, знакомые дружно разводят руками, свидетелей исчезновения профессора найти не удалось, его телефон не отвечает. Поскольку на презентацию прибудут гости из нескольких десятков стран мира, возможный срыв этого мероприятия может вызвать громкий скандал, станет серьезным ударом по престижу России. Именно риск крупных имиджевых издержек и побудил руководство НИИ, Минздрава и некоторых других ведомств обратиться в главк с просьбой в кратчайшие сроки найти пропавшего ученого или хотя бы выяснить его судьбу.
Опера выслушали своего начальника, заодно и приятеля, некоторое время осмысливали то, что он сказал.
Первым заговорил Гуров:
— Ты меня уже сорвал с авиарейса, поэтому больше мне ничего не остается. Придется впрягаться. Но ты же сам знаешь, что происшествие, которое не имеет каких-то внятных, явных причин, имеет все шансы обратиться в «глухаря». Это я говорю не для того, чтобы заранее постелить себе соломки, а применительно к генеральскому племяннику, навязываемому нам.
Тут дай бог со своими делами управиться. Когда с ним возиться?!
— Я полностью солидарен с Левой! — заявил Крячко. — Профессора мы поищем, это наша работа. А вот от балласта ты, пожалуйста, нас избавь!
Судя по лицу Петра, огорчился он чрезвычайно.
— Мужики, не подводите меня, — попросил генерал, побарабанив пальцами по столу. — Если честно, то я никак не мог даже подумать, что включение в вашу команду стажера вызовет у вас столь жесткое неприятие. Я действительно согласился взять этого парня на стажировку, полагал, что это вас хоть немного разгрузит.
Если бы знал, как вы отреагируете, то нашел бы вариант, как отказаться. Но я уже пообещал Мартюшину, что мы его берем. Как теперь быть? — Орлов растерянно развел руками.
Опера переглянулись.
Стас коротко выдохнул и заявил:
— Ладно, хрен с ним! Пусть приходит. Только вот никто с ним нянчиться не будет. Сопли утирать мы не собираемся. Я ведь прав, Лева?
— Да, все верно.
